Мурка (СИ)

А вот почему он решил, что мне икалось — решил уточнить.

— Тут заходили двое, — сухо сообщил Лифшиц.

Во как. С намеком, что эти двое заходили по мою душу, так? Если так, то быстро же они вышли на мой след... и дня на новом месте не отработал, как уже вычислили. Я насторожился, но показывать своей беспокойство трактирщику не стал. Сделал изумленно-придурковатое выражение лица, но спрашивать ничего не стал. Раз начал издалека заход, то вполне может попытаться взять меня на понт. Я-то ему под другим именем представился.

— Искали некого Гришку Нафаню, — продолжил трактирщик.

Лифшиц несколько секунд внимательно смотрел на меня, пытаясь раскусить, а потом уголки его губ, совершенно независимо от холодных глаз, медленно поползли вверх, изображая подобие улыбки.

— Неа... — я попытался сыграть удивление и даже сделал вид, что припоминаю — нет ли Гришки Нафани среди моих знакомых. — Первый раз слышу.

Улыбка резко сошла с лица трактирщика, чему я даже оказался рад, не шла улыбка этому человеку, вот хоть тресни. С ней он напоминал нервнобольного героя американских боевиков. Вот-вот начнет палить в белый свет.

— И что эти люди хотели от Нафани? — я продолжал прикидываться, что ничего не понимаю.

— Как найдут его, так и будет понятно, что хотели, — Лифшиц пожал плечами. — Полагаю, что ничего хорошего.

Ясно. Понятно. Я, как болванчик, часто закивал.

— А вы им что сказали, вы сам этого Нафаню знаете?

Задавая этот вопрос, я уже соображал, переваривая услышанное — кому именно понадобилась моя персона и почему те, кто искали (сомнений в том, что это искавшие пили шиповник и курили у барной стойки, у меня не было), не дождались открытия. Хотя бы для того, чтобы меня найти. Но следующие слова Лифшица удовлетворили любопытство, по крайней мере, частично.

— Я сказал им, что у меня такие не работают, — трактирщик прищурился, закусив зубами нижнюю губу. — Не соврал?

— Вам виднее, — осторожно ответил я. — Но думаю, что этот Гришка Нафаня скажет вам спасибо, товарищ Лифшиц.

У меня даже не повернулся язык повторить, что никакого Нафани, ни Гришки, ни Мишки, я не знаю. Лифшиц вполне наглядно давал понять, что в курсе всего происходящего и он знает, что я тот самый Нафаня, которым интересовались с утра. Интересно, отчего он не стал меня закладывать, ему-то зачем прикрывать меня? Неужто народа сегодня на заставке не много? Понятного ответа, который бы устраивал мое любопытство, не нашлось.