Пять мгновений любви (СИ)

Паника опустилась на её хрупкие плечики, поэтому она закрутилась как волчок на месте, пытаясь отыскать друга взглядом, отчего покачнулась и чудом удержалась на ногах.

Его нигде не было. Значит, ей не показалось, что Стас это сказал, а она внезапно ощутила на себе оборотную сторону шампанского — жуткую сонливость. Веки еле открывались, ноги от усталости сковало тисками.

Ярославе захотелось свернуться калачиком на каком-нибудь стуле, что отодвинули к стенам, и забыться крепким сном.

Зал редел. Многие гости поднялись к себе наверх сразу после поздравления президента. Одноклассников не было видно, потому что те тайком пронесли алкоголь за спиной классной руководительницы и теперь шарахались по углам.

Она попыталась привстать на цыпочки, чтобы поискать Стаса, но все безрезультатно. Поэтому поплелась к стойке администратора, но и та пустовала. Осознание, что придётся сейчас подходить к Наташе, не вселяло никакой радости.

Однако делать нечего. Войдя в зал, снова приметила их компашку, поэтому распрямила плечи, вытянула шею и постаралась твёрдой походкой дойти до них. Аллилуйя! Ей это удалось, и Яра мысленно себе поаплодировала, оставалось не запутаться в словах.

— Извини, пожалуйста, а есть свободные номера? — обратилась к Наташе. Та находилась не в духе, а приторный цветочный запах вперемешку с алкоголем противно щекотал нос, отчего Ярослава поморщилась.

— Свободных. Номеров. Нет. — Чётко, как для отстающей, произнесла Наташа. — Я вам сразу об этом сказала.

— И что мне теперь делать? На полу спать?

Та перекинула копну рыжих волос на одну сторону и оценивающе осмотрела Яру.

— Ну почему же на полу? Переночуй у парня, который за тобой весь вечер увивается. Думаю, он не будет против, а только рад.

Взгляд Ярославы потемнел, сейчас она ненавидела эту нахалку покруче, чем Сорокину.

— М-да… — она тоже оценивающе оглядела её вульгарное платье, выставляющее все прелести напоказ. — Как говорится: у кого что болит…

Кто-то рядом хмыкнул, кто-то присвистнул. Она же с трудом удерживала фокус на своей собеседнице, до которой, видимо, долго доходило.

— Переночую на диване в холле, думаю, никому не помешаю.

С этими словами Яра хотела повернуться, но её немного повело из-за высоких каблуков и ужасной боли в ступне. Она взмахнула рукой, стараясь поймать равновесие, но поймала горячую смуглую руку, которую узнала бы из тысячи: так долго они с ним просидели, раскрашивая декорации к новогоднему концерту. Юра придержал её.