Лесник поневоле (СИ)

Лучше пройти лишние ""семь вёрст кругом"", чем потом гадать."

"Вот, блин, надо бы и себе второй схрон подготовить. Или найти, если попадётся. Место, конечно, совсем глухое, но осторожность не помешает. Запасной ""аэродром"" тоже лишним не будет, где-нибудь в болоте, на островке. И подальше в Полесье, лучше дальше бегать, чем ближе попасться.

Схрон нашёлся в достаточно глухой чащобе, километрах в четырёх на юго-восток. Вместе с немцами. Какие местные и НКВД, когда в радиусе пары вёрст, вообще дорог нет.

То-то фрицы спокойно отсыпались при одном караульном. Видимо, ночью куда-то ходили. Или собирались идти? До заставы далеко, часа три быстрым шагом по лесу. А то и все четыре! Значит что-то ещё есть, потом поищем. Ну, и как тебя убивать, умник задумчивый? Диверсант удобно сидел за деревом и иногда зыркал из-за куста. Только он наружу поглядывал, а Генка-то сбоку смотрел. Поверх головы, чтобы тот взгляд не почуствовал. Потом ближе подобрался и из ПССа шмальнул. Кланк! А что делать, срабатывание слышно, хотя газы в гильзе остаются. Абсолютно бесшумного оружия пока нет.

Интересно, сколько землянок в этих краях раскидано? И кто их готовил? И почему никто из неё не выглянул? Ведь всё рассчитал, должны были среагировать на падение. А, чёрт, тот же сидел, а не стоял! Метрах в пятидесяти от входа. Вот и спят, суки, вместо того, чтобы под СВД подставиться. Придётся гранату тратить - фрицев внутри ещё штук пять-шесть должно быть. Сначала американские ""ананасы"" в расход пустим, свои потом, со временем.

Патриотизм, однако! Чёрт, дверь прикрыта, хотя можно схитрить. Заранее приговорив себя, Межов бросил в дверь камень, чтобы громко стукнул. Так и есть, кто то высунул морду - над ней граната и влетела внутрь. Теперь лёжа будем отстреливать живых. Взрыв в помещении - штука действенная. Кого не убьёт - того поцарапает и оглушит. А вот вбегать с пистолетом и кричать ""Хэнде хох!"" нельзя. Обязательно кто-нибудь убъёт.

Недобитые немцы чего-то кричали друг другу, видимо контузило.

Потом высунули карабин с белой тряпкой.

- Эй, мы сдаёмся, - ясно, хоть кто-то в группе должен русский знать, хорошо, что выжил, - Мы три раненые, один тяжело. Остальные убиты. Просим врача.

- Выходите раненые, тяжёлого выносите. Чтобы видно было.

Диверсанты ещё верили в ""женевский плен"" и надеялись, что всё обойдётся. Двое действительно лёгкие, а третий с явно пробитой грудью. Три выстрела закончили действо.