Кукловод (СИ)

Чем дольше шёл бой, тем сильнее они уставали и не могли творить магию. И даже зелья не помогали, ведь их невозможно было пить литрами.

В такой обстановке осаждать города было крайне тяжело. Ведь если ты не возьмёшь город за день, то тебя просто закидают всякими фаерболами. Поэтому в этом мире крайне редко войска бросались на открытый штурм стен, ведь даже осадная башня могла быть уничтожена за пару секунд отрядом сильных магов.

И я прекрасно это понимал. Хоть Эдуард и отнекивался, но моя помощь была настолько весомой, что он просто не мог отказаться. Этот паникёр наверняка боялся меня и втайне строил план моей ликвидации. И я бы даже предположил, что он готов оставить надежды заполучить рецепт гексогена, в угоду моей гибели.

К несчастью, я был вынужден пожертвовать аж двумя десятками «Малышей», чтобы расположить их во всех важных точках его замка. Мне на тот момент было жизненно необходимо знать, о чём он думал и что планировал. И пока шла война, интересовала его в первую очередь именно она, но вот когда она будет подходить к концу…

Эдуард практически со стопроцентной вероятностью пытаюсь убрать меня по-тихому, пригласив на какой-нибудь банкет или что-то вроде того. Возможно, даже формально передаст мне Ривендейл, оставив там убийц. Он не был глупым человеком, в отличие от моего отца, а потому бояться стоило в первую очередь именно его, а уже потом всех остальных.

Но когда знаешь, что тебя почти наверняка захотят убить, то можешь подготовиться и принять контрмеры. Я же исходил из того, что всё-таки останусь в живых и заберу Ривендейл…

Мои «Здоровяки» при помощи здоровенных плугов выкапывали траншеи даже быстрее, чем это сделал бы трактор. Другая группа подбиралась к мицелию и засыпала пыль магической руды, ведь, как оказалось, можно было класть её прямо в землю, как зерно, и Великий Магический Лес не сможет расти через такую смесь.

Уже выросший мицелий засыхал, как и деревья, который питались от него. Мы провели опыт и обкопали область десять на десять метров. В итоге уже на следующий день дерево, росшее посреди неё, пожухло, а на третий превратилось в труху. Это означало, что лес можно было резать на куски, точно, как при игре в ножечки.

Для будущего человечества это было судьбоносное открытие, а вот мне оно портило карты. Ведь если при постройке Великого Лесного Пути я отрежу огромный кусок от центра, то он, скорее всего, погибнет.