Кречет (СИ)

— Любопытство съедает? — поёжившись под резким порывом холодного ветра, хмыкнул он.

— Ещё как, — подтвердил я.

— Пообещай, что это строго между нами.

— Как скажешь.

— Твоя правда, я всегда хотел в универ, получить по окончании у отца от щедрот его, и начать какое-нибудь дело. Но перед выпускными экзаменами отец позвал к себе в кабинет на совет со старшими братьями и предложил пойти в политику. Братья поначалу подержат, а там, глядишь у меня получится сделать карьеру.

С их возможностями идея выглядит вполне здраво. Но политик не служивший в армии это нонсенс. Теперь понятно отчего Андрей так резко изменился. Впрочем, не так уж он и поменялся. В классе Малахов всегда пользовался авторитетом, а в школе достаточно популярен. Это со мной у него нашла коса на камень, не сошлись мы, ввиду моей независимости. Так что мнение моё сугубо субъективное.

— А почему не военное училище? Там и образование и служба. Опять же, офицер не рядовой, — не удержался я от вопроса.

— Вот именно, что не рядовой. Три года в училище, и после ещё минимум два полноценных контракта. Иначе нечего и думать о политической карьере. А так, один контракт, после чего универ, обучение в котором не мешает общественной деятельности, и к его окончанию я сумею встроиться в обойму какой-нибудь партии. Пусть и мелкой сошкой.

— Даже не представляю, сколько тебе ещё предстоит, — покачал я головой.

— Вообще-тоне так чтобы и трудно. Достаточно взять себе за правило помогать или поддерживать тех кому трудно, через нехочу и не могу. Когда не о себе заботишься, а о других, тогда оно как-то проще выходит.

— Почему тогда отказался от звания кадет-ефрейтора, а после ещё и кадет младшего сержанта?

— Смеёшься? Да если бы меня драли за косяки других, то хрен бы я сдержался.

— Согласен, для тебя это уже было бы слишком.

К КПП то и дело подлетали флаеры такси или каршеринговые. Пассажиры и арендаторы спешно размещались в салонах и отваливали в сторону города. Вскоре подлетел и наш, мягко опустившийся перед нами и призывно открывший двери. Мы устроились в кабине, и занявший место водителя Андрей уверенно подал энергию на антигравы, которые с тихим гудением мягко подняли машину в воздух.

Ограниченная лицензия не позволяла Малахову занять верхний эшелон, как и резко разгоняться. Так что, всё у нас было средненько, плавно и мягко. Как и скорость составила всего-то четыре сотни километров в час. Маловато, и полёт до Николаевска займёт добрых три часа.