Измена.Любовь (СИ)

— Мамуль, ты что, веришь ей? Она же сама эти видео и смонтировала поди, — Диана несчастными глазами смотрела на маму. Пухлые губы огорченно кривились, голосок дрожал…

Ну с какого перепуга она в свое время пошла учиться в финансовый колледж? Ей ведь на сцену прямая дорога, там она блистала бы. Хотя, чтобы блистать на сцене, нужно много работать. А вот с этим у девочки проблема.

Между тем Диана продолжала:

— А ты знаешь, что ее братец с Грегом сделал? Петька этот?

Мама отлепила от меня взгляд и перевела его на Диану.

— Представь, его вчера вытурили из страны — вроде как он какой-то миграционный закон нарушил, когда границу пересек. Грег мне сегодня звонил — его теперь в Россию три года не пустят.

— Прикинь, какая змея? Нажаловалась своему богатею-братцу, — Диана с ненавистью посмотрела на меня и припечатала: — Гадина!

Я толкнула тележку вперед, отпихивая Диану со своего пути — все, больше я здесь находиться не могу.

Пошла в сторону касс, слыша за спиной мамин голос:

— Ничего, доченька, отольются кошке мышкины слезки. Бумеранг прилетит обязательно! За все подлости ответ будет!

И тут-же позади меня грохот падения и отчаянный визг Дианы:

— Бля-я-ять! Да твою мать, суки!

Не оглядываясь на нарастающие за спиной шум и крики, я катила тележку к кассе и улыбалась — бумеранг может прилететь даже раньше, чем ты его бросишь. А уж если он вылетел из твоих рук, то непременно жди его обратно! Жди, и будь готов принять со всем возможным гостеприимством.

— Павла! — на выходе меня окликнул недовольный голос феерического зануды Платона Александровича. Он стоял возле своего блестящего, словно только из мойки, автомобиля и хмурился."

"Забрал из моих рук пакеты, отдал их подскочившему Вите. Скомандовал:

— Это в багажник.

После чего обнял меня, и голосом строгого начальника поинтересовался:

— Ты почему без меня из офиса удрала?

— Ты знал, что моего бывшего мужа вытурили из страны? — вместо ответа поинтересовалась я.

— Знал, конечно, — он наклонился и крепко поцеловал меня. — Ты зачем столько продуктов набрала?

— Лазанью хотела тебе приготовить, — я потерлась носом о кашемир пальто Платона, вдохнув живительную порцию его острого и горько-пряного запаха.

— Ну тогда поехали домой скорее, а то я и правда голодный…

… Я стояла у окна в кухне и смотрела на ночной город. До рези в глазах всматривалась в огни проспекта внизу под окнами. В сияющие рекламные щиты на доме напротив. И думала о нас с Платоном.