Гвендолин (СИ)

Раньше я просто не позволяла себе раскисать, не позволяла думать о плохом. У меня была цель, была надежда, теперь ее нет.

Я всегда мечтала о такой любви, как у моих родителей. Несмотря на то, что они уже около двадцати лет женаты, их чувства до сих пор сильны. Бывало, мы с братом ревновали их, даже сердились и обижались, чувствуя себя иногда лишними. Казалось, мама и папа понимают друг дружку с полуслова, полувздоха, полувзгляда, и никто им, кроме друг друга не нужен.

А теперь меня лишили  не только возможности в будущем встретить свое счастье, а даже жизни привычной меня лишили, дома, любимых людей.

Из отпрыска древнейшего рода, будущей хозяйки замка, уважаемой леди, опекаемой и лелеемой дочери я превратилась в жалкую бесправную рабыню, которая благодарна своему хозяину уже за то, что он ею будет пользоваться единолично, а не отдаст на потеху своим людям.

Становится так гадко и противно на душе, что впору за борт бросаться. Но накладывать на себя руки я не собираюсь. Лучше поискать другие варианты.

Может, мне все-таки удастся сбежать...

Путешествие вдоль берега Северного моря продолжается дальше, несмотря на утреннее происшествие. Погода нам благоволит, посылая попутный ветер и спокойные волны. Местность сменяется со скалистых отвесных берегов на поросшие зеленью холмы и усыпанное мелким камнем взморье. Порой, можно различить даже мелкие домики и усадьбы, которые, чем дальше мы продвигаемся, тем чаще попадаются. А на закате драккар входит в долгожданную гавань.

На берегу команду уже встречают родные и близкие, с нетерпением ожидающие, когда уже можно будет привлечь в объятья дорогих сердцу людей. Да и сами воины с волнением готовятся к встрече с теми, по ком скучали все это время.

От нечего делать пытаюсь угадать, кто кого встречает. Вот та скромная русоволосая девушка, прижавшая руки к груди наверняка невеста Ньяла. А увешанная золотом, как куст малины ягодами, высокая блондинка и есть любимая Свана, которой достанется его дорогой подарок.

Эгилла, судя по всему, встречают родители, они радостно машут ему рукой, а Магнуса - беременная жена с целым выводком таких же рыжих, как и он сам, ребятишек …

Кто же ждет Ингвара? Кто о нем тосковал, пока он был в походе, кто молился богам, чтоб он живым вернулся, и приносил жертвы в храмах, выкупая его душу у судьбы?

Жадно наблюдаю за ярлом, но его взор, как всегда сдержанный и бесстрастный, на лице не прочесть и малой толики эмоций.