Эйгор. В потёмках (СИ)

Когда лица его собеседников вытягиваются, а взгляды устремляются на нас, блондин поворачивается и застывает, глядя, как мы проходим мимо. Тонфой, весело улыбаясь, обращается к нему.

— В следующий раз, мы и твою задницу поджарим. Хотя, чего нам терять — по три сотни баллов уже сняли, за тебя может вычтут ещё пятьдесят.

Канс замедляет шаг, останавливаясь и в воздухе появляется несколько ледяных сфер. А я задействую нотную связку, которая пока не входит в программу нашего обучения, в результата чего, перед перепуганным Свезальдом появляется искрящаяся цепь из небольших шариков, соединённых тонкой нитью. Парень пятится назад, врезавшись в одного из однокурсников и переводя взгляд с одного объекта на другой, выставляет перед собой ледяной щит, из-за которого слышится глухой голос.

— Мой отец не оставит убийство безнаказанным, идиоты. Вас всех прикончат!

Первым, смех пробивается наружу у Тонфоя. Следом подключается Айрин, а следом и мы с Джойлом. В процессе, обращаю внимание сына хёрдиса на деталь, которую он упустил.

— Значит, ты думаешь, что трупы титулованных аристократов, обесчещенная принцесса и бойня на осеннем балу нам сошли с рук, а вот смерть зарвавшегося тупого блондина почему-то повлечёт за собой месть? Твой отец ничего не может сделать в стенах Хёница. А если он знаком с твоим характером, то думаю даже не расстроится о потере такого отпрыска. Ты же только и делаешь, что позоришь свой дом.

Со стороны аристократа слышится яростный вопль, а потом он неожиданно переходит в атаку — над ледяным щитом появляются сгустки пламени, летящие прямо на меня. Первой успевает среагировать Айрин — передо мной появляется стена льда, принимающая на себя удар. Мы же с Тонфоем наносим ответный удар. Атака Канса тоже приходится на щит противника, а вот моя цепь проскальзывает сквозь тающий лёд и захлёстывается вокруг блондина. С его стороны слышится короткий, быстро затихающий вопль, после которого все первогодки, участвовавшие в беседе, полным ходом мчатся в общежитие, разбегаясь по комнатам.

Оставшийся в одиночестве и парализованный Олаф, которого надёжно охватывает цепь, дико водит глазами по сторонам, валяясь на полу. Правда кричать уже не может — язык у него отказал.

— В следующий раз подумай, прежде чем обсуждать кого-то за его спиной. Иначе это может закончиться куда более неприятным заклинанием, которое станет для тебя фатальным.

Никаких умных слов в голову больше не лезет, поэтому просто шагаю дальше.