Женитьба дядюшки Жиля (СИ)

То есть, это Мадлен предположила, что выругалось. После чего рассеялось бесследно.

Дочь разинула рот, Мадлен хохотала, а принц смотрел на всё это с улыбкой.

- Не пытайтесь проковырять в книге дыру, юная дама, некоторые книги умеют защищаться. Особенно – магические. Тут как раз хорошо сказано об умах тех, кто приступает к овладению магическими искусствами: «умы бывают трех родов: один все постигает сам; другой может понять то, что постиг первый; третий - сам ничего не постигает и постигнутого другим понять не может. Нам с вами предстоит понять, как приблизить свой ум к умам первого рода, ибо с другими в магических искусствах делать нечего».

А далее принц читал, глядя на страницу, о том, что мир многообразен, и магия, как часть этого мира, вместила в себя такое же точно разнообразие. Поэтому Марко призывает огонь, Фабио – воду, Валентино – жизнь, а Донацио – смерть, а Бенито с соседней улицы только и умеет, что обрушить булыжник на голову ближнему своему. И даже не подозревает, что ближний может увидеть, услышать и убежать, и тогда тот булыжник просто упадёт на мостовую, а Бенито все назовут дураком, и будут правы.

Мадлен заслушалась. Была то магия автора книги или голоса принца, но – его хотелось слушать и слушать, и смеяться там, где смешно, и изумляться там, где слышишь что-то, для себя новое. И слушала бы ещё долго, но рядом громко зевнула Аделин.

- Спать пойдём? – спросила Мадлен у дочери.

- У меня глаза закрываются. Но это так интересно! – прошептала девочка.

- Я обещаю тебе завтра всё рассказать, - улыбнулась Мадлен.

- Правда? – сонные глаза раскрылись.

- Правда, - Мадлен подняла дочь со стула.

- Тогда ладно, - сказала девочка. – Спасибо, ваше высочество. Очень интересно.

- Если завтра утром вам будет так же интересно, милая дама, я готов обсудить с вами отдельные моменты из этой книги, - принц поднялся и серьёзно поклонился девочке.

- Здорово, - выдохнула Аделин.

- Возвращайтесь, госпожа Мадлен, как сможете, продолжим, - улыбнулся ей хромой принц.

Наверху Мадлен проводила Аделин на горшок, а потом отвела к кровати – при свете неяркого золотистого шарика. Дочь уснула, стоило ей только донести голову до подушки.

И что теперь? Возвращаться к принцу?

Мадлен вдруг поняла, что очень хочет вернуться в гостиную, сесть снова за стол и слушать его голос. Они же просто поговорят о книге, и всё?

Она тихо закрыла дверь в комнату девочек и двинулась вниз по лестнице.

Все двадцать ступенек с третьего этажа на второй Мадлен сомневалась и боялась.