Женитьба дядюшки Жиля (СИ)

Принц совершенно спокойно трепал кота по загривку, чесал лоб и затылок, а кот поджал под себя лапы и лёг с другого боку от него. И ещё жмурился и мурлыкал – очень тихим низким звуком.

- Мадлен, его можно погладить. Он опасен только для врагов и грызунов.

- Вы уверены? Я думала, умру от страха, - нервно рассмеялась Мадлен.

- Даже и не думайте, ясно вам?

Мадлен собралась с духом и протянула руку через Жилев бок – погладить зверя. На ощупь – кот котом, но почему такой большой? Кот нюхал её ладонь мокрым носом, а потом ещё и тыкался – мол, чеши дальше. И мурлыкал громче.

- Кисонька? – неуверенно спросила Мадлен.

Кисонька поднялся, переступил через них обоих – с лёгкостью, она прямо вжалась в принца, и лизнул Мадлен в нос. Очень шершавым языком. А потом ещё и ещё.

- Умница, ваша милость, - принц прямо светился от удовольствия. – Необыкновенный кот, второго такого не существует. И необыкновенная Мадлен, второй такой тоже нет.

Мадлен выдохнула – кажется, её не съедят.

- Вы бы хотя бы предупредили, - покачала она головой.

- Да я забыл. Он очень добрый и хороший. Как вы думаете – девочки ему обрадуются? У них был кот в старом доме? А кони у них были?

Какой там кот, какие там кони! А Жиль уже строил планы – как они поедут в неведомый Акон, и там заведут коней – племянник должен подсказать, где лучше купить, потому что девочек нужно приучать к седлу. А котище тем временем вернулся в ноги, где и улёгся.

- Можете сложить ноги на него, он любит, - сообщил Жиль.

Нет, она пока не готова. Она ещё не переварила всё случившееся, какие тут ноги на кота!

А он пошевелился, сморщился – видимо, от боли, и дотянулся до кубка, выданного вечером Жакеттой – пить, если будет болеть. Очевидно, болит, потому что  принц куда-то падал и сломал ребро, и хоть магическим способом его вылечить быстрее, чем просто так, всё равно нужно время, а его пока прошло совсем мало. Мадлен протянула руку и легонько погладила принцев бок.

А он поймал её ладонь и поцеловал.

- Мадлен, я заранее прошу прощения за все возможные глупости. Если я вдруг сделаю что-нибудь, чего делать не следует – можете меня побить, как побили Бернарда, он до сих пор в восторге, только не уходите, хорошо? Я с вами и я без вас – это два разных меня, и первый нравится мне намного больше.

А ей что сказать? Кажется, она растеряла весь запал, когда выговаривала ему. Потому что у неё болело – сильно болело.