Женитьба дядюшки Жиля (СИ)

– Госпожа Мадлен, вы не видели Орельена? Нет? Не страшно, сама сейчас найду, - и выскользнула наружу.

Мадлен сосредоточилась на своих ладонях – еле-еле, как сказано, чтоб не холодно, и особо не греть. На остальные части принца она старалась не смотреть. Ничего же такого, она просто поможет ему – как он ей вчера. И всё.

Жиль проклинал свою неуклюжесть – но ровно до того момента, пока в комнату не зашла госпожа Мадлен и не предложила помощь. Если его дрянная нога вдруг вызывает в ней сочувствие – пусть болит дальше. Он потерпит.

Она же села на место Жакетты, и положила свои тёплые ладони на распухшее сочленение ноги со стопой, как-то там его Жакетта называла, и даже показывала картинку в книге, книгу ей дал её наставник Сен-Реми. Жуткого вида кости, улыбающиеся скелеты и всё в таком духе. Но Жакетте нравилось.

Вообще он обещал сегодня занятие, и госпоже Мадлен, и её девочке. Но понимал, что сейчас никакого занятия изобразить не сможет.

- Госпожа Мадлен, кажется, я не сдержу вчерашнее обещание.

- Вы о чём? – встрепенулась она.

Кажется, он вырвал её из каких-то затягивающих мыслей.

- О наших магических упражнениях.

- Ой, да какие тут упражнения, - кажется, она хотела махнуть рукой, но вспомнила, что нужно держать его ногу. – Что с вами случилось? Вчера и утром такого не было.

- Неосторожность, - вздохнул он. – Не всегда помню, что нужно смотреть под ноги. Сделался неуклюж.

- Это со всеми бывает, ничего страшного. А что это вообще такое – с ногой? – и смотрит прямо на него.

Сказать – ерунда? Или наоборот, рассказать честно, раз уж он в ней так заинтересован? Наверное, второе. Если испугается и убежит – так тому и быть. Потому что у него такая нога – навсегда. И если ей это окажется неприятно, то – пусть ищет здорового.

- Неделя заключения в темнице, где на полу стояла холодная вода, примерно на ладонь. Плюс некоторое повреждение – именно этой ноги. Кажется, стопа подвернулась, и я не сразу это понял. Вторая не подвернулась, и не так сильно пострадала в итоге.

- И… что привело вас в ту темницу?

Смотрит заинтересованно.

- Как бы вам сказать…

- Если можно – как есть.

- Если как есть – то моя собственная самонадеянность. Чтобы не сказать – глупость. Эта страница моей жизни не красит меня, поверьте, - усмешка вышла какой-то горьковатой.

Ну да и вправду - как есть.

- И… давно это случилось?

- Тому уже четыре года.

- И всё время – вот так? Вам беречься надо! – и смотрит точь-в-точь как Жакетта.

И даже слова какие-то такие Жакетта тоже говорит.