Его сладкая девочка (СИ)

А потом, когда зарядила телефон, от Романа пришло лишь одно сообщение, от которого я вновь начала плакать как ненормальная. Смотреть на экран телефона и целовать его.

Машка решила, что я сошла с ума. А я и правда сошла с ума от любви. Быстро начала писать ответ, что тоже люблю его. Рома прочитал, но ничего не ответил.

— Что за шум, молодежь? А, Федор, рад тебя видеть, надо бы, конечно, всыпать тебе. Хотя тут всем надо бы всыпать, — папа остановился посреди гостиной, осмотрел нас всех суровым и холодным взглядом. Машка прекратила жевать, Федор побледнел, а я вытерла вспотевшие руки о джинсы.

Я очень люблю своего папу, но жить дальше я хочу, как решу сама. Быть с тем, кого люблю, просыпаться с этим человеком, готовить завтраки, надо только научиться.

— Дарья, твой поступок удивил и расстроил меня. Я еще разберусь с этим и с тем, кто тебя на это подбил, — суровый взгляд на Машку. — И то, как моя служба безопасности пропустила тот момент, что ты не улетела в Америку, а Федор умолчал об этом факте.

— Помолчи, сейчас говорю я.

Все, кто должен быть наказан, будут наказаны, Мария завтра летит со мной в Вену. Это не обсуждается.

— Лучшая учеба — это практика, — сурово отрезал отец. — Дарья идет ко мне в компанию и проходит практику там, если уж Майами ей так противен. Ваша свадьба через месяц, у вас есть время выяснить отношения и помириться. Выбирай платье.

Меня трясет от возмущения и обиды. Все притихли, я не знаю, что вообще думает Федор и почему его все устраивает, но я не намерена мириться со всем, что сказал папа.

— Дарья, предупреждаю, ты можешь пожалеть о сказанном, но слова будет уже не вернуть.

Смотрю в холодные глаза отца, высокий, крепкий, слегка похудел за то время, что я его не видела. Строгий костюм, прямая спина, поджатые губы, седина в висках. Совсем недавно я его видела другим, он смотрел на женщину влюбленными глазами, мне не показалось это.

— Та женщина, кто она?

Он понял, но сделал вид, что не расслышал вопрос.

— В ресторане, блондинка с голубыми глазами, милая такая.

Ты держал ее за руку, там с ней ты был другим.

Отец молчит, лишь плотнее сжимает челюсти, отчего белеют скулы. Вижу краем глаза, как Машка морщит нос и опускает голову.

— А Мария вздумала играть в сыщика? Вот в Вене и поиграешь, там как раз запутанный контракт.

— Я и не обязан отвечать перед своими детьми. Это моя личная жизнь. А ты могла попасть в беду, с тобой могло случиться все что угодно. Ты говоришь, что ты взрослая, но не понимаешь элементарных вещей.