Развод. Не бывшие (СИ)

Как долго я смогу жить в том доме, куда нас привезли люди Динара? Как долго они будут нас охранять? И что делать с наследством, которое неожиданно свалилось на голову? Мне уже несколько раз звонили с предложением купить отцовскую компанию, а мы ведь только с ним попрощались, я даже не вступила в наследство, как полагается. Но коршуны, желающие заполучить отцовский бизнес, объявились без зазрения совести.

— Уверена, что моя помощь не понадобится?

На самом деле — нет.

Мне вообще кажется, что я не справлюсь. Не смогу.

Я тщательно игнорирую поступающие звонки от управляющих отца. Все эти люди ждут меня, ждут моих решений, а я, спрятав голову в песок, боюсь что-то решить. Не впервые. Я это понимаю, я стараюсь с этим бороться, но каждый раз, когда я собираюсь с силами, чтобы позвонить им, у меня не хватает духу.

Я не знаю, что должна говорить, как себя вести.

Я, черт возьми, потеряла отца, мужа и едва не потеряла свою дочь!

За нами приезжает тот самый Рустам, что спас нас в трудной ситуации. И пока они пожимают друг другу руки, я забираюсь в автомобиль, отворачиваясь к окну.

Настроение ни к черту! О стольком нужно позаботиться, а я ничего не знаю. Как решать проблемы? Они свалились на меня, подобно снежной лавине, сошедшей с гор. И мне кажется, что я проигрываю. Пытаюсь бежать, но будто бы стою на одном месте.

— Рустам, простите, — обращаюсь к водителю на светофоре, — а что с… Давидом?

— Устранен, — равнодушно сообщает. — Можете больше не переживать.

— Вы имеете в виду…

— Мертв, да.

— Но ведь… он рассказал? Сознался во всем, что сделал?

— В убийстве вашего отца — да. В нападении на ваш дом сознаваться смысла не было, это и так очевидно.

— Но ведь… я думала, будет суд.

— Он был, Ясмин. Неофициальный.

Мужчина крепче сжимает руки на руле и больше ничего не говорит, а мне кажется, что у него были свои причины разобраться с Давидом. И то, что он не дожил до суда, это лишь подтверждает.

Глава 54

Динар

Воспоминания появляются в голове вспышками, которые практически каждый раз сопровождаются острой болью.

Невыносимой. Я едва успеваю дотянуться до кнопки, чтобы вызвать медсестру, которая вколет мне очередную дозу обезболивающего.

Такие вспышки происходят несколько раз в день. Одна преимущественно утром, другая — вечером. Доктор объясняет это тем, что за день мозг напрягается и поэтому к вечеру на какие-то мгновения словно отключается, а утром после ночи настолько расслаблен, что позволяет заполнить себя всем, что было утеряно.