Беглянка (СИ)

Она поднялась на носочки и дотянулась до моей щеки невинным, трогательным поцелуем.

Черт! Что со мной творится?! Этот поцелуй, чистый и какой-то детский я не променял бы ни на самую жаркую ночь с Элькой или техничный секс с Ланкой. Понимая, что не должен этого делать, что не имею права, я не удержался и обнял свою девочку. Сердце гулко стукнуло, выбросив порцию горячей крови, обжигающей и будоражащей.

- Варька, прости и не попадайся мне так близко, - прорычал я и снова впился в ее губы, не заботясь, что нас кто-то может увидеть.

Я подчинился своему греховному желанию, потому что не чувствовал сопротивления.

Еще один, один раз. Запомнить.

И Варюшка не сопротивлялась. Она все понимает и тоже принимает этот запретный поцелуй. От этого восхитительного единения голова чуть не шла кругом. Сладкий миг счастья. Углубив поцелуй, словно желая выпить ее до дна, вобрать в себя, я наслаждался и словно впечатывал на подкорку эти секунды.

- Варюшка, - выровняв дыхание, я отстранился. – Я понимаю, что не должен.

Но ты сбиваешь все мои настройки, рушишь правила, и я этому рад. С тобой я становлюсь другим. Ты как глоток воздуха.

Девушка уткнулась лицом в мою грудь.

- Арсений, не нужно ничего объяснять. Знаю, что вы себе не позволите большего, и я вам благодарна за все. И за эти поцелуи. Я их запомню.

Приехал Димка, и мне трудно было поверить, что недавно я боялся и думать о том, чем закончится наше охлаждение отношений. А Варюшка, мой добрый ангел, своим звонком Марине растопила лед.

Демидовы примчались на выручку. И снова все стало, как раньше.

Я со своими друзьями. Только уже второй раз в качестве спутницы у меня девочка, на которую я не имею никаких прав. И этот второй раз тоже наполнен теплотой и умиротворением. Мы пожарили шашлык. Раскрутили Димку спеть под гитару. И это был последний вечер безмятежного счастья. Даже обормот Никита не нарушал моей персональной нирваны. Глядя на него, я думал, что вот такой сын у меня уже мог бы быть. Ну чуть поменьше. Десятилетний вполне.

И я мог бы точно так же треснуть по затылку за непозволительные вольности. И, конечно, гордился бы своим отпрыском.

Демидовы упросили меня оставить Варюшку с Герцем еще ненадолго. А я, забрав Никиту под предлогом «Я взял – я вернул», отправился в Москву.

Пару дней еще пребывал в эйфории от того, что дела наладились, Варя выздоровела и скоро будет у меня дома. И эта мысль настолько согревает душу, что создается иллюзия, что она и есть моя семья.