Инакий 2 (СИ)

Прохаживаясь по соседнему ряду клеток, они тыкали руками в заключенных и что-то обсуждали.

Сухмет, очень сомневался есть ли хоть у одного из них медицинское образование. Красный крест на плече, обманет только ребёнка или слабоумного.

Он пришёл в себя, несколько часов назад, от неприятного химического запаха в окружении этих врачей. Пара десятков крепких мужчин, в защитных комбинезонах, почти скафандрах. Последнее о чём-то говорило, ведь странная головная боль и жажда, вкупе с тошнотой, неспроста.

Разлёживаться им не дали.

Командами, пинками собрали в подобие колонны и марш по коридору. Удобнее всего, было нацисту, ушлёпок, толи поверил в себя, а может отбил при падении чувство самосохранения, в общем начал возмущаться, требовал вернуть его обратно в уютную камеру. А потом, ехал позади колонны, на тележке, вряд ли что-то понимая, попинали его знатно.

Конечным пунктом, оказалась огороженная высоким забором площадка. Из плюсов, небо вместо потолка, причём без решётки, что стало сюрпризом, минус — это клетки, десятки открытых всем ветрам клетушек, в большинстве из них, сидели люди.

Бледные лица, обречённый взгляд. Зэков быстро раскидали по жил площади, заперли ворота и ушли.

Началась пора знакомства, вялые разговоры с минимальной пользой, выяснилось, что народу здесь под сотню, контингент тот же и прибыли они, кто за два, кто за четыре часа до них, в несколько партий. Не узнав ничего нового, Сухмет улёгся прямо на пол и попытался забыться сном, на пустой желудок, удалось не сразу.

И вот, как это происходит не в первый раз, его грубо разбудили. Злость успокаивалась вместе с болью, хотелось есть, но больше, конечно, пить. Со вчерашнего утра, ни капли и не крошки.

— Начальник! — кто-то охрипший, с третьего ряда решил попытать счастья. — Дай хотя бы воды!

Сухмет на автомате прочистил горло. Его голос, был бы не лучше. Что не так страшно, на тренировках в пустыне, бывало и хуже. Главное, это информация, за что-то зацепиться, любые слова, движения, всё на пользу.

Он превратился в абсолютное внимание.

Начальство просьбу проигнорировало, прошли мимо страждущего, до конца ряда и на следующий. Через десяток минут, кои Сухмет оглядывался по сторонам, они поравнялись с ним.

— Шесть процентов от изначального количества, это максимальное значение, — старческий голос, звучал странно, будто в голове поселилась радиостанция.

Встряхнув головой, Сухмет бросил короткий взгляд на зеркальные скафандры. Движений в его сторону не было.