Попаданка за штурвалом

В другой раз я бы оценил.

— Ближайшие рейсы? — уточняю я.

Ещё одна без капли ума!

Перегнувшись через стойку, я выхватываю у неё лист с перечнем сегодняшних отправлений. Почти все рейсы будут по ближайшим островам, и на месте беглецов я бы их не выбирал.

Чтобы попасть в зал мне любой билет сгодится, но на всякий случай я беру на рейс до столицы.

— Отправление через полтора часа, — радостно сообщает кассирша.

— Багаж? — деловито уточняет она.

Девица надувает щёки и дальше работает без нареканий — забирает оплату и выписывает билет. Я не прощаюсь, выхватываю билет.

Досмотр много времени не занимает, и я попадаю в зал. Нить подсказывает, что Дженсен совсем рядом.

Устроившись за столиком кафе, я лениво наблюдаю за суетой в зале ожидания. Казалось бы… мир другой, а в порту, как в привычном аэропорту, каком-нибудь Шарике или Домодедово, цены задраны до бессовестности. Так сказать, небесная наценка.

Но я заказала чай и булочку не столько ради перекуса, сколько ради того, чтобы не толкаться в толпе. Сижу я просторно, ещё и закинув ногу на ногу. Ни одна даже самая неотёсанная деревенщина так не раскорячится, да и мужчина-аристократ тоже подобной позы себе не позволит. Я же изображаю нахала, мальчишку пронырливого, способного, но напрочь бескультурного. Разве что на пол не сплёвываю…

Больше всего я боялась “срезаться” на досмотре. Мне безумно повезло с новым именем. Дженсенами бывают не только девочки, но и мальчики. Я предъявила билет, а вместо свидетельства о рождении, где есть вся подноготная по родителям — удостоверение из местного клуба, в котором я состою уже четыре года с хвостиком. Стражи не стали придираться:

— В Лётную Академию?

— Ну да, — кивнула я и щёлкнула ногтем по прицепленному на жилет клубному значку, изображающему вписанный в круг трёхмачтовый парусник.

Багажа у меня как такового не было, стражи заглянули в “тревожный чемоданчик” и пропустили с миром.

Я делаю очередной глоток и кошусь в сторону табло. Будет два рейса до ближайших островов, на маршруте бегают небольшие одномачтовые челноки, а вот после них небольшой перерыв и мой рейс в столицу.

Наверное, родители уже обнаружили мою пропажу…

Стоило ли в письме упоминать Рика? Я сочиняла второпях, и решила, что тайная влюблённость станет лучшим объяснением моего побега. По крайней мере это то, что родители могут понять.