Штрафники против гитлеровского спецназа. Операция «Черный туман»

 – Опять уток наловил. Охотник!

– Курорт тут у вас, а не война, – заметил Гришка.

Воронцов достал свой бинокль: действительно, по болоту шел солдат с закинутым за спину автоматом и волок прямо по воде тяжелую связку диких уток.

– Там у нас боевое охранение. Вон на том островке с тремя березами. – К легкому акценту лейтенанта прибавилась интонация неловкости, которую он, должно быть, испытывал в присутствии старших по званию, когда его боец шел по нейтральной полосе на виду у немецкого наблюдателя со связкой диких уток в руке.

– А приварок неплохой, – чтобы помочь ротному выпутаться из неловкой ситуации, хмыкнул Гришка и скользнул линзами вправо. – Мы, лейтенант, не проверяющие из штаба полка, и нам наплевать, в какую деревню ходят по бабам ваши подчиненные. Наша задача пройти в Чернавичскую пущу так, чтобы нас не заметил ни ваш сторож, ни тот, который караулит ваших соседей. Батальонная разведка сообщила, что здесь есть брод.

– Брод-то есть. – Лейтенант снял фуражку, повесил ее на гвоздь, вбитый над столом прямо в бревно накатника.

 – Но там придется метров пятьдесят переправляться вплавь. Была здесь когда-то дорога. Гать. Пользовались ею, по всей видимости, местные жители. Скорее всего вывозили из пущи сено, дрова. А теперь гать сгнила. Рота, которая тут до нас стояла, сунулась было, но чуть лошадей не утопили. Переправляться не стали. Плацдарм на той стороне не понадобился. Вот и окопались здесь.

– Ну, что ж, здесь поспокойнее. А там… – Воронцов кивнул за протоку.

 – Там сидели бы сейчас, как на плацдарме, с поджатыми хвостами.

– Если бы вы, лейтенант, со своей ротой находились там, мы бы сейчас отсюда на тот берег в бинокль не смотрели, – сказал капитан Гришка и остановил ротного, взявшегося за чайник. – Чайку? Нет, с чаем давайте пока отложим. На обратном пути попьем. А сейчас пойдемте посмотрим на то место, где проходит эта гать.

Пройти старой гатью с лошадьми, даже без повозок, действительно оказалось невозможно. Бревенчатый настил давно сгнил, торчал торцами черных топляков, усиливая запах болотины.

Возле берега, в ивовых зарослях, они увидели замаскированный еловыми лапками плот из свежих бревен.

– Разведка ходит, – пояснил лейтенант. – Вот он и стоит тут, чтобы каждый раз новый не вязать.

– Что на той стороне?

– Там тихо. Никого там нет.

– И что, они даже не простреливают этот промежуток из пулеметов?

– Из пулеметов нет. А из минометов иногда бросают с десяток мин. Так, для острастки.