Штрафники против гитлеровского спецназа. Операция «Черный туман»

Промахнуться с такого расстояния невозможно – не больше ста пятидесяти шагов. Такую цель можно снять и без оптики."

"Выстрел прозвучал неожиданно громко, так что Численко вздрогнул и невольно сунулся лицом в черничник. Но тут же осмотрелся, сделал рукой знак Лучникову. Тот сразу вскочил и быстро побежал к дальней сосне, где мгновение назад стоял немец. Вскоре оттуда послышался неумелый крик кедровки, и они все разом поднялись из зарослей черничника и быстро пошли вперед.

Стороной, над болотами, пролетела пара истребителей.

За деревьями невозможно было разобрать, чьи.

Немец лежал на боку, откинув голову, будто демонстрируя им свою рану, которая оказалась смертельной.

– Что? – Колобаев нагнулся к немцу, повернул его голову. – Лабешка.

– Молодец, Колобок, ловко ты его срубил, – похвалил бойца Численко.

– А может, теперь и незачем нам на хутор ходить, – сказал вдруг Лучников и указал автоматом на убитого. – Кто им теперь вилку установит?

– Хутор, скорее всего, там, за той пустошью, – кивнул Численко в глубину просеки, которую уже можно было угадать в просвете среди буйного подлеска.

Он дал понять Лучникову, что сказанное им никакого отношения к тому, что делают здесь они, не имеет.

Тот понял. Хмыкнул и отвернулся.

Немец лежал в той позе, в которой застала его смерть.

– Ты его осмотрел? – спросил Численко.

– Да. Вот, возьми. – И Лучников протянул старшему сержанту пакет из непромокаемой бумаги. – Тут документы и письма. Фотографии там и прочее…

– Прикопать надо. – Колобаев кивнул на тело.

– Некогда прикапывать.

– Спрячем, – подытожил Численко.

Они оттащили тело корректировщика к болоту, забросали мхом и еловыми лапами.

– Сапоги у него хорошие, – запоздало сожалел Лучников.

– Они тебе малы. – И Численко похлопал его по плечу. – Думай о другом.

– О чем?

– О чем-нибудь хорошем.

– У меня в жизни ничего хорошего не было.

К минометной батарее они вышли через полчаса.

Вдоль противотанкового рва ходил часовой. Он делал полукруг, подходил к песчаному обрыву, заглядывал вниз и с кем-то перекидывался словом-другим.

– Нападем, когда они возобновят огонь. Кто пойдет снимать часового? Ну? Что пригорюнились? – И Численко толкнул в бок Лучникова.

Тот испуганно оглянулся на старшего сержанта и, видя, как побелели крылья его ноздрей, отвернулся и втянул голову в плечи. Погодя сказал:

– Могу не справиться, старшой. Что тогда?

– А что тогда. Тогда он тебе в задницу штык загонит по самое некуда. А зря, Лучников.