Штрафники не кричали «Ура!»

— Ты что, в школе не учился?

— Как вам сказать… — Генрих замялся. Ему явно не хотелось выглядеть остолопом. — Я больше помогал отцу в мастерской. Он у меня занимался починкой обуви.

— Чтобы разбираться в географических картах, не нужно знать язык. Это карта Европы. Она одинакова и у нас, и у русских. Почти… Здесь Германия намного меньше, чем на наших картах…

— Да… — удивленно протянул Граабе. — Я-то больше силен в других картах. Их еще называют картишками…

Он засмеялся, довольный своей шуткой. Но потом вдруг посерьезнел:

— Герр Хаген…

— Ну, чего тебе? И перестань звать меня герр Хаген.

— Хорошо, герр… Простите… То есть прости… Отто, — Генрих, снедаемый любопытством, потер нос. — А что… и Кёльн тоже есть на русской карте?

— Конечно… — Отто уже чувствовал себя учителем географии. Он старался подобрать такие слова, которые сразу объяснили Генриху суть дела.

— Он же есть на самом деле… — продолжал он. — Значит, Кёльн должен быть на любой карте Европы. Где бы она ни была напечатана…

— И Гуммерсбах? И мой родной Гуммерсбах? — затаив дыхание, спросил Граабе.

"— Не знаю… — Отто задумчиво поглядел на карту. — На этой — вряд ли. Она — крупного масштаба. И города, соответственно, крупные.

— Ну да… где уж моему Гуммерсбаху попасть на русскую карту… — разочарованно согласился Генрих. Но тут же вдруг снова ожил:

— Герр… то есть Отто, а где тогда Кёльн?

— Вот Берлин… — Хаген терпеливо провел пальцем по карте. — А вот Кёльн. Видишь? У них заглавная «К» такая же, как у нас.

Генрих несколько секунд как зачарованный глядел в ту точку, куда ткнул Хаген. Новость, что у русских есть что-то, похожее на немецкое, совсем его обескуражила.

— А я думал, что они вообще… ну, как китайские иероглифы…

— Думал… Думать, вообще-то, полезно, но только по делу. Нам надо думать, как свои шкуры сейчас уберечь и парням помочь… Потому что русские тоже думать горазды. И воюют они так, что из тебя самого иероглиф сделают в два счета.

XVII

Словно бы в подтверждение слов Хагена несколько раз ухнуло где-то на окраине поселка. Похоже на минометные разрывы. Как бы в ответ на них, на улицу выплеснулась стрельба. Очереди пересекали полотно дороги наискось во все стороны.

Застучал пулемет русских. Он работал короткими очередями из окон одноэтажного оштукатуренного дома с соломенной крышей. Дом стоял ближе остальных к дороге. Плетеный забор передним был повален.