Без штанов – но в шляпе

Как следствие этого, они быстро находили себе мужей или спутников жизни. К Михаилу они после этого наведывались редко или же вовсе забывали дорожку к нему на долгие месяцы. Поэтому на места выбывших из строя Михаилу постоянно приходилось вербовать себе новеньких учениц.

– И вот странно, сам из себя Михаил не слишком красив был…

– Страшнее обезьяны!

– А девушки и молодые женщины по нему прямо сохли. Ни одна не ревновала Михаила к другим ученицам. И более того, даже выйдя замуж, они продолжали сохранять со своим учителем нежные и теплые отношения. Хоть и редко, а все-таки навещали его. А вот Гришка хоть из себя и красавец, да и богач к тому же, но женщины от него как черт от ладана шарахались.

– Ну а как же с фотографиями-то?

– Я к тому и веду. Умейте дослушать до конца.

– Можно я расскажу дальше? – подал голос Эдик.

Лисица снисходительно кивнул, отхлебнув вина, а Эдик продолжил за своего начальника:

– Получилось так, что одна из Гришкиных подруг, звали ее Вера, увидела где-то Мишино объявление. Оно ее заинтересовало, как и многих других. И эта Вера попросилась в ученицы к Михаилу. О том, что ее учитель является еще и братом ее любовника, по ее словам, она на тот момент и знать не знала. Новая ученица Михаилу приглянулась. Слово за слово, дружба у них началась нешуточная. Причем Михаил слушал, а Вера говорила. И по истечении месяца или двух Михаил знал о Вере буквально все. Именно Вера и рассказала ему, что у ее хахаля – страшного человека по кличке Распутин – имеется в сейфе некая пачечка фотографий, где он натуральным образом с другим парнем любовью занимается.

– Разумеется, Михаилу такая информация о его брате очень занимательной показалась, – не утерпел и вмешался Лисица.

– Мозги у него всегда хорошо варили, вот он и придумал, как Гришку за одно место подвесить. Попросил у этой девчонки, чтобы она пленку подменила.

– Если все фотографии из сейфа забрать – это заметно будет. Так Михаил решил, и был совершенно прав. Григорий регулярно проверял сохранность фотографий, каждая из которых позволяла ему держать в своей власти Белякова, но могла погубить и его самого. Итак, фотографии оставались на своем месте, сердце Григория было спокойно. А пленку каждый раз не будешь ведь проверять. Лежит себе и лежит. А что там не та пленка, а другая, Григорий узнал лишь на допросе у следователя. Таким образом, и Вера чистенькой осталась, и Михаил свою игру сыграл с братцем. Теперь у него против Григория был на руках крепкий компромат.