Вафли по-шпионски

– Какой симпатичный дом! – воскликнула Марта. – Даже с виду уютный!

Они поднялись на крыльцо. Марта держала в руках какие-то пакеты и букет тюльпанов, а Бобров коробку с посудомойкой. Марта позвонила и почти сразу распахнулась дверь.

– О! Милости прошу, заходите! Мишка, ты что это опять припер? Поставь сейчас же и знакомь меня с девушкой!

– Здравствуйте, Милица Артемьевна! Я Марта! Миша столько о вас рассказывал!

– Вот мерзавец, а мне о вас почти ничего! Только какие-то междометия. О, она такая! Она чудо! Ну, что из этого можно понять? Только то, что мой племянник влюбился по уши! И все-таки, что это ты припер?

– О, это чудесная вещь! – воскликнула Марта. – Посудомойка! Это так удобно, просто прелесть!

– А у вас есть посудомойка?

– Пока нет, но я давно о ней мечтаю!

– Теперь будет, не сомневайтесь! Ну что ж мы стоим? Заходите, Марточка, раздевайтесь. Миша, поухаживай за Мартой, а я пока поставлю цветы!

– Спасибо за поддержку, – шепнул ей на ухо Бобров, принимая у нее куртку. – Вот тут тапочки…

– Ребята, вы голодные?

– Спасибо, родная, мы сразу после завтрака!

– Ой, я вижу у вас гриб! Можно мне стаканчик? Я с детства его не пила…

– Да, он как-то совсем из моды вышел, а я люблю! Хотите, дам отросточек!

– Нет! Я этого не переживу! – со смехом заявил Бобров. – Ненавижу эту тварь! Будешь приезжать к Миле и тут хоть залейся…

– А ты, оказывается, домашний тиран? – засмеялась Марта, ей и самой вовсе не хотелось возиться со склизким организмом чайного гриба.

– Ну, не такое уж это тиранство. Ладно, мои дорогие, вы пока общайтесь, а я пойду прилаживать посудомойку. Это недолго, она ведь настольная…

– Марта, ничего, если я стану говорить вам «ты»?

– А ты можешь звать меня Милей, но, разумеется, на «вы»!

– Я попробую… – улыбнулась Марта.

– О, глядя на тебя понимаешь, что значит «лучезарная улыбка»!

– Скажи, а ты… давно знаешь Мишу?

– Нет, все как-то очень скоропалительно… Месяца два…

– Скажу тебе по секрету, я его таким не видела! И я очень надеюсь, что у вас сладится. Он чудовищно одинокий мальчик. Знаешь, у него стали другие глаза… Он закрытый, тяжелый, наверное… Но душа у него золотая. Ты знаешь его историю?

– В самых общих чертах. Он молчит, а я боюсь ковырять…

– Умница! Он дозреет и расскажет то, что можно. Если бы ты видела, какой он вернулся… Ужас просто! Я удивляюсь, какой он все-таки сильный человек! Оправился, нашел в себе силы вернуться к нормальной жизни, начал работать и, как я понимаю, успешно.