Ночные шорохи

Поэтому она с чистой совестью принялась за еду и не проронила ни слова в продолжение всего ужина из восьми перемен, внимательно прислушиваясь к оживленной дискуссии между отцом и Мейтлсндом по проблемам мировой экономики.

Мнения мужчин во многом расходились, но оба были настолько хорошо информированы, что Слоан могла лишь благоговейно внимать каждому слову.

Кроме отчислений в пенсионный фонд полицейского департамента, она старалась откладывать все свободные деньги на собственный пенсионный счет и настаивала, чтобы мать следовала ее примеру. К тому времени как убрали десерт, Слоан была настолько потрясена несокрушимой логикой Мейтленда, что решила отныне вкладывать деньги исключительно в соответствии с его рекомендациями.

Едва последняя тарелка исчезла со стола, Эдит Рейнолдс с трудом встала и потянулась за тростью.

— Мне пора отдохнуть, — объявила она. Пол и Ной бросились помогать ей, но старуха небрежно отмахнулась:

— Не стоит обращаться со мной как с инвалидом. Я куда здоровее вас обоих!

Но несмотря на браваду старухи, Слоан заметила, как затруднены ее движения, как тяжело опирается она на трость, и поняла, что прабабка держится на ногах сверхчеловеческим усилием воли.

В дверях она остановилась и оглянулась на сидевших за гигантским столом в стиле барокко, под великолепной люстрой. Слоан ожидала, что седовласый патриарх пожелает всем спокойной ночи, и приготовилась вежливо ответить.

— Не забудьте выключить свет! — рявкнула та, и Слоан поспешно стиснула губы, чтобы, не дай Бог, не засмеяться, После ухода Эдит компания немедленно распалась.

— Прошу извинить, молодые люди, — развел руками Картер, — у меня еще немало дел.

— А я, пожалуй, прогуляюсь, — решил Пол, отодвигая тяжелый стул Слоан. — Дорогая, ты, надеюсь, со мной?

— С удовольствием, — откликнулась она, умирая от желания поскорее выбраться из этой комнаты. Пол, естественно, не мог не пригласить другую пару, и Слоан облегченно вздохнула, когда они дружно отказались.

Слоан едва дождалась, пока они останутся одни и отойдут подальше от дома.

— Просто поверить не могу, что эти люди — мои родственники! — расхохоталась она.

— Да и я тоже, — фыркнул Пол.

— Моя прабабка, должно быть, прямой потомок Чингисхана, — решила Слоан.

— Неплохо бы для видимости взять вас под руку или обнять за плечи. Не возражаете?

— Нет, предоставляю вам полную свободу действий, — рассеянно пробормотала Слоан, занятая собственными невеселыми мыслями.