Демон в шоколаде. Зимний бал в академии

 — Но все равно скажу! Превозмогая страх, невзирая на страшную, нависшую над моей рогатой головой опасность! — Позер! Ведь стоит и цену себе набивает, зараза! И выглядит это так забавно, что я едва сдерживаюсь, чтобы не рассмеяться. В то время как мне действительно хочется знать то, что Вас от меня скрывает. — Салмелдир твой родной дядька.

— Этого мне только не хватало… — потрясенно выдохнула я. — Это что же, выходит, мой настоящий отец — эльф?

— Еще какой эльф! Принц Танхорн — наследник трона горных эльфов, надежда Высшего дома Амон.

— Малх бы их всех побрал… — тихонько выругалась, тут же прикрыв рот ладошкой.

— Так он и побрал. Танхорн пропал еще до твоего рождения, сразу после визита к демонам. С тех пор у Горного королевства напряженные отношения с империей демонов.

— Это что же… Выходит, я принцесса? — Не могу сказать, что догадка меня обрадовала, скорее — потрясла, хотя какая девочка не мечтает в детстве стать принцессой? Что-то в последнее время мечты стали исполняться с неимоверной скоростью. Надо с этим как-то осторожнее.

— Она и есть. Теперь на тебя вся надежда горных. Салмелдир, хоть и наследник, но для трона бесперспективен.

— Это еще почему?

— Почти у всех древних существует закон притяжения пар или ритуал верности, если вдруг заключен брак по расчету. А у куратора твоего уже была пара, так что теперь, если и пройдет ритуал, то потомства не даст. А трону нужны наследники, — пояснил Вас. Хитрый, а все дурачком прикидывался.

Меня же, как оказалось, вполне устраивало молчание Салмелдира. Чем дольше наше родство держится в секрете, тем дольше я смогу избегать внимания со стороны новых родственников. В политику лезть не хотелось. Когда мечтаешь стать принцессой, еще не знаешь ни про строжайший этикет, ни про обязанности, ни межгосударственные и межрасовые отношения. Слишком нудно и слишком сложно.

— Ты мне так и не рассказал про Аланту.

— Да как же тебе рассказать, если ты все время перебиваешь? — хран отошел от потрясения, и к нему вернулись прежние уверенность и наглость. — В общем, стоит в круге твой дядька и орет на жаб… то есть на Аланту. А вихри воздуха ее всю связали. Потом ректор протиснулся, бледный, злой. Шипел на куратора… Ругался сильно, про выражения умолчу, тебе такие слышать рано. Под конвоем ее в замок отвели, достали из хранилища браслеты, которые всю магию блокируют, заковали в них дракониху и в карцер посадили до разбирательств. Говорят, за кем-то очень важным послали.