Хризантема с шипами

Граф может быть кем угодно – убийцей, монстром, всесильным хозяином Холмистого края, но мне терять уже нечего. И я больше не собиралась слепо подчиняться мужским капризам.

– Хорошо, – спокойно ответила охраннику. – Идемте.

Тот молча кивнул, и на его грубоватом лице появилось странное выражение. Я не смогла разобрать, то ли охранник изучал меня, то ли в чем-то сомневался. Так ничего и не выяснив, в сопровождении громилы я спустилась по лестнице, вышла из гостиницы и вскоре уже садилась в подъехавшую пролетку.

– Трогай, – велел кучеру мой охранник, и пролетка покатила к нависающему над городом замку.

Редклиф Бенси

Он смотрел на поднимающуюся по ступеням замка женщину и обдумывал то, что несколько минут назад сообщил ему Оуэн. Четыре года брака с Монтом, громкий развод, бегство из столицы под девичьей фамилией – его жена оказалась полна сюрпризов.

Он отошел от окна и занял место за письменным столом, развернув кресло так, чтобы оставаться в тени.

– Почему вы не позволили мне уехать?

Александра вошла в кабинет с таким решительным видом, что Редклиф еле слышно хмыкнул. Леди собирается отстаивать свои права? Какая наивность!

– И вам светлого дня, миледи, – даже не скрывая насмешки, произнес он.

– Не делайте вид, что вы меня не услышали, – сердито фыркнула Александра.

По-другому он просто не смог бы назвать сорвавшийся с чувственных губ звук.

– Ну что вы, как можно?

Редклиф положил руку на подлокотник кресла и неторопливо перекинул на четках пару бусин.

– Тогда ответьте, – проигнорировала его иронию Александра.

– Вы моя жена.

Он отсчитал очередные пару бусин, и их стук неожиданно громко прозвучал в тишине кабинета. Будто подводил черту под его словами.

– Не говорите глупостей, – пренебрежительно скривилась женщина. – Мы оба знаем, что этот брак – всего лишь формальность.

– Таинство церкви для вас пустая формальность?

Редклиф приподнял бровь, и с удовольствием отметил, как вспыхнули серые глаза.

– Не пытайтесь придать вес тому, чего не существует, – резко ответила Александра. – Вы обеспечили себе мое молчание, что ж, радуйтесь этому. Я не смогу обвинить вас в преступлении. Но и жить с вами я не намерена.

– А вот это уже не вам решать.

Редклиф встал с кресла и вплотную подошел к напряженно застывшей перед ним женщине.

– Хотите вы того или нет, но мы женаты, – приподняв двумя пальцами ее подбородок, негромко сказал он. – И вы останетесь жить в моем доме и будете подчиняться установленным в нем правилам.