Твой шёпот в Тумане

Схватив мои ладони, он повернул их верх.

— Я упала с лошади, — смущённо призналась в своей неуклюжести.

— Сай, — прохрипел вард.

Его брат, не выпуская из объятий Эмбер, быстро протянул ко мне руку и схватился за запястье. По телу разлилось целительное тепло, согревая. Боль мгновенно отступила, и сознание стало яснее.

— В постель бы её на пару дней, чтобы выспалась и отдохнула, — с улыбкой прописал он мне лечение. — И тебя рядом, чтобы тоже остыл.

— Да, — мой личный снежный «кошмар» предвкушающе ухмыльнулся и повёл носом, — как только решим все проблемы, я её привяжу к этой постели, чтобы не ловить потом по всему югу. А лучше увезу. Там уж точно никуда не исчезнет.

Я только сглотнула. На улице послышался чей-то истошный крик. И снова тишина.

Эмбер, всхлипнув, обняла Иного за шею и спрятала лицо у него на груди. Мне даже как-то спокойнее стало, уж теперь с ней ничего не случится — вард защитит.

Осторожно подняв меня на руки, Вульфрик повернулся в сторону двери.

— Морк, за мной, — скомандовал он волку.

Умный зверь тут же выскочил на улицу. Вцепившись в мужское плечо, я последовала примеру сестры и прижалась к огромному мужчине. Но не утерпела и, обернувшись, проследила за Эм. Всё не верилось, что спасение пришло. Разумом-то понимала, что позади самое страшное, а сердце всё равно колотилось, тревожа душу.

Сестрёнка так и держалась мёртвой хваткой за светловолосого северянина. Тот же с такой милой улыбкой, поглядывал на девушку, что закралось у меня нехорошее подозрение. Но с другой стороны, он же целитель, а значит, её, немощную, не бросит и защитит.

— Все с ней будет хорошо, — шепнул мне на ушко Вульфрик. — Так не доверяешь нам?

Подняв голову, я уже без страха заглянула в вишнёвые глаза.

— Нет, наоборот, очень рада, что вы нас нашли. Я ещё не уверена в том, для чего я вам, вард Вульфрик, но спасибо, что не позволили нам погибнуть и пришли на выручку.

На губах мужчины скользнула улыбка.

— Зачем ты мне, я расскажу тебе позже, — ответил он, — а пока сделай милость — прекрати от меня бегать и скрываться под личинами мужиков. Знаешь, мне неприятно было ощущать влечение к обросшему грязному полу умному бродяге, от которого почему-то исходил твой запах. Второй раз моё себялюбие такого удара не переживёт.

Не знаю, почему, но его жалобы меня рассмешили. Видимо, нервы сдали, и я тихо захохотала.

— Смешно тебе, Томмали, — обиженно пробурчал вард, — а я думал, умом тронулся. Ходил, местных обнюхивал.