Твой шёпот в Тумане

Но в то же время я осознавала, что там, за туманной стеной, меня ждёт спокойная размеренная жизнь. Там можно смело рожать деток, там и у Эм было светлое будущее. Ради неё стоило рискнуть.

Приняв ванну, муж забрался ко мне в постель. Обняв, вынул из моих рук книгу и положил на столик. Требовательные руки прошлись по моим бёдрам, животу и остановились на груди. Сминая и лаская вмиг затвердевшие соски. Вульфрик рывком подмял меня под себя.

— Я соскучился по тебе девочка моя, — его шёпот мгновенно вызвал волну жара.

Обхватив руками, я притянула его к себе и поцеловала, демонстрируя всю силу своего желания. Большего мужу и не нужно было.

Проснувшись ранним утром, я потянулась и тут же ощутила, как сживаются руки Вульфрика на моей талии. Он вчера пришёл поздним вечером, когда я уже легла.

Северяне взялись строить новый внешний забор, охватывающий две соседние деревни — Вотчики и гиблую. А вот наше поселение решено было превратить в кладбище.

Мне эта идея пришлась не по душе, да и другим тоже.

Но кто же что против вардам скажет.

Тихо разжав руки мужа, я поднялась. Но обернувшись, поймала на себе взгляд тёплых медовых очей.

— Куда в такую рань, там хоть рассвело? — сонно пробормотал Вульфрик.

— Конечно, но ты спи, — я укрыла его одеялом и поцеловала в висок, — а я на склады. Сай выделил мне двух мальчишек в помощники, они наверняка уже ждут.

— Ммм, — Вульфрик сладко замычал, зевнул и уткнулся в подушку.

Выбрав из шкафа неприметное серое платье, и подшитый старый плащ супруга, я засобиралась.

— Я сегодня еду к вратам, — хрипло пробурчал муж, — до вечера меня не будет.

Не переживай и не жди. Как стемнеет — ложись спать.

— Я и не жду? — смущено соврала я.

— Ждешь, мечта моя, — счастливо оскалился в улыбке мой северянин, — мне доложили, что у тебя в окне свет горит почти всю ночь. И тушишь свечу ты, только когда я прихожу. Я ощутил вчера запах.

Смутившись ещё больше, словно меня поймали с поличным, отвернулась.

— Иди ко мне, Томма, — донеслось до меня с постели. Присев на край матраса, я тут же была заключена в объятья. Чуть сдвинувшись, Вульфрик положил голову рядом с моим бедром.

— У нас всегда было так принято, — я пригладила его растрепавшиеся густые пепельные локоны. — Когда кого-то дома нет, то родные ставят свечу на окно, не гася огонёк. Это сигнал, что его ждут, что о нём волнуются. Я папу всегда так ждала.

Прости, Вульфрик, но ты так много значишь для меня, что я просто не могу её потушить, понимаешь.