Твой шёпот в Тумане

И тут же припомнила нашу первую встречу — ничего у него там не вопило!

— Вы поняли, кто я далеко не сразу? — напомнила ему.

— Сразу! Просто во мне сильнее кровь Иного, а среагировал я как Древний: ощутил слабый цветочный шлейф. Ты пахнешь гиацинтами. Я люблю этот весенний аромат.

Такое бывает: вроде и чувствуешь сиятельную, но понимаешь, что не твоя. С тобой, вообще, интересно получилось. Разум хотел, а инстинкты молчали, и только когда я потерял на мгновение контроль и выпустил Иного, они и проснулись. Но изначально, Томма, это был мой выбор. Только мой!

— Значит, вы не разочарованы? — знаю, что этот вопрос глупый: даже если и разочарован, он ведь не признаётся. Но хотелось услышать ответ, и пусть это будет откровенная ложь.

Полоская в холодной воде очередную тарелку, чуть напряглась, ожидая его признания. Но Вульфрик молчал. Обернувшись, я поймала его оценивающий взгляд.

— Давай начистоту, Томмали, — наконец, услышала я от него, — я увидел на дороге ползающую на четвереньках перепуганную женщину. Ношеное старое платье сбилось, обнажив изящные лодыжки, — ты потянулась за своей крапивой, ткань натянулась, продемонстрировав все изящные выпуклости твоей попки.

Спинка в прогибе такая манящая, а талия столь тонка, что мои пальцы соединяются, когда я её обхватываю. Это я уже проверил, так что можешь поверить на слово. Ты плакала, но это не портило твоего лица. Красавица! Яркие синие глазки, что цветочки полевые. Сочные губы. Мягкие светлые локоны. И столько ранимости во взгляде. Невинности и хрупкости. Ты хоть представляешь. как становится горячо в штанах, глядя на тебя. И не только у меня. Я не могу не замечать интереса со стороны других, и это так бесит, что хочется рычать. Так в чём же я должен быть разочарован?

Я страшно смутилась. Столько комплиментов и всё мне одной. Ничьего интереса я раньше не замечала, но стало так трепетно приятно, что кто-то считает меня красавицей. Но всё же он не до конца откровенен.

— Это только внешность, — шепнула я, — образование, культура, поведение, ширина кругозора.

Вульфрик только развёл руками.

— Вот видишь, какие замечательные понятия отложены в твоей голове. Ты очень умная, мечта моя. Пара интересных книг и ты станешь читать быстрее. Пара уроков этикета и можно на любой приём. Хотя, признаюсь, у тебя неверное представление о нашей жизни. Мы, конечно, устраиваем праздники и званые ужины, но редко, в основном держимся семьи и узкого круга друзей. Мы не впускаем в свой дом чужаков, не поощряем лень и тунеядство.