Твой шёпот в Тумане

Мой взгляд привлекли две знакомые статуи змеелюдов. Такие в тумане часто у деревни попадались. А вот рядом с этими резными хвостатыми чудовищами ютились три неприметные могилки, одна из которых явно была пуста. Но привлекла моё внимание другая. Вздрогнув, я дернула мужчину за руку.

— Что? — тут же спросил он.

— Могилы, — выдохнула я.

— Что с ними? — Вульфрик подошёл ближе к захоронениям и вчитался в имена, вырезанные на аккуратных дощечках. А потом ткнул пальцев в одну из них.

— Это распространённое имя? — прямо спросил он.

— Нет, — я отрицательно качнула головой, — и кто похоронен рядом. я тоже знаю.

— А вот это уже совсем ненормально, — рыкнул он.

Я закивала, соглашаясь с ним. Ведь сейчас я смотрела на могилы своей пропавшей бабушки, дедушки и… мамы.

И если у нас дома могилка была пустая, то здесь, судя по насыпи сверху. было закопано тело.

— Я хочу домой, — тихо выдохнула я.

Обратно в Сердвинки мы вернулись уже в сумерках. Я очень хотела есть. Мой живот нещадно ныл, оглашая окрестности недовольным урчанием. Мне было неловко за эти звуки, но я ничего не могла поделать со своим организмом.

Подъехав к конюшне, вард небрежно передал поводья конюху и спешился. Я тоже приготовилась скатываться с лошади, но внезапно Вульфрик придержал меня за бедро и, обхватив под колени, снял меня с коня.

Но на землю не поставил. Донеся меня до дому распахнул дверь и, войдя в помещение, осторожно опустил меня на небольшой диванчик, стоявший в гостиной.

Усмехнулся и легонько поцеловал в губы. Я окончательно смутилась, и, как назло, мой живот снова о себе напомнил, возмущённо забурчав.

С кухни доносился сладковатый аромат мясного бульона. Учуяв его, мой организм взбунтовался сильнее, и взревел с большей силой, заставив меня покраснеть.

— Сейчас будем ужинать, Томма, потерпи немного, — спокойно, даже как-то виновато произнёс Вульфрик.

— Ничего, потерплю, — не глядя на мужчину, кивнула я.

Вард, ухватив за подбородок, поднял мою голову и заставил взглянуть на него.

Медленно склонившись, нежно коснулся губ. Это был даже не поцелуй, а касание, легкое, но будоражащее.

— У нас все ещё мир? — шепнул он.

— Да, — неуверенно пробормотала я, не зная, к чему он клонит.

— Ты понимаешь, что после ужина мы пойдём спать, вместе? — ещё тише спросил он.

Поняв, на что так грубо намекает Вульфрик, я сглотнула. Стало страшно и стыдно.

Я была не готова. Ни к близости, ни к семейной жизни. Я ещё не свыклась с мыслью, что передо мной не чужак, а муж.