Шерлок Холмс и крест короля

Все казненные были участниками митинга на Путиловском заводе в Петрограде: они потребовали «хлеба и свободы», осудив действия большевистской власти, которая дала им лишь «тюрьму, кнут и пули» взамен «мелких политических свобод царского режима». Как писала газета, для проведения массового расстрела из Москвы в Петроград был направлен Петр Пятков — «Петер Художник, снискавший себе дурную славу на Сидней-стрит». Перед казнью несчастным объявили, что они приговорены к смерти за осквернение идеи свободы, которую их великий вождь Ленин определил как самодисциплину пролетариата.

Телеграмма Циммерманна

Документальные свидетельства событий, о которых я собираюсь поведать читателю, на протяжении многих лет содержались в самом надежном банковском хранилище лондонского Сити. Один ключ от черных металлических ячеек находился у меня, второй — у тайного советника его величества, и открывать их мы могли лишь по обоюдному согласию. В сейфах хранились письма, телеграммы, а также пачки бумаг, перевязанные розовой лентой на манер адвокатских досье. Некоторые были помечены краткими надписями, сделанными самим Шерлоком Холмсом. К примеру, одна из них, выведенная черными чернилами, гласила: «Артур Циммерманн, 1917. 20 лет». Два десятилетия — это срок, на протяжении которого мой друг и я присягнули хранить в тайне известные нам секретные факты Великой войны 1914–1918 годов. В августе 1914 года, когда вся Европа устремилась в кровавую бездну, первый лорд адмиралтейства в Букингемском дворце принял нашу клятву о неразглашении. Много воды утекло с тех пор, и теперь, с согласия правительства его величества, документы могут быть обнародованы.

До недавнего времени я полагал, что доказательства нашей причастности к борьбе с Германской империей погибли в огне камина — Холмс в последние дни своей жизни сжег часть архива. «Конечно же, он не мог не уничтожить этих бумаг», — думал я и, как оказалось, ошибался. Они лежали, целые и невредимые, среди прочих писем и заметок, которые мой друг не думал скрывать. Вероятно, он считал, что телеграмма, давшая название моему нынешнему рассказу, ни о чем не сообщит человеку, случайно ее нашедшему.

Сейчас это послание, напечатанное на фирменном бланке компании «Вестерн юнион», лежит передо мной. Оно было отправлено 19 января 1917 года из Вашингтона в Мехико через Галвестон, штат Техас. Читатель может ознакомиться с текстом, если пожелает.