Гарем на шагоходе. Том 7

Некоторые перетаскивали стройматериалы с помощью экзоскелетов, которые успела изготовить Ди-Ди. Другие просто сидели кучками и тихо урчали, переваривая очередную порцию технической смазки.

— Они тут как в спа-салоне, — поразился я.

— Ага, только вместо водорослевых масок — нефтепродукты, — добавила Кармилла.

Мы двинулись к главному складу — огромному ангару, который шушундрики облюбовали под свою резиденцию. Двери были распахнуты настежь, а над входом висел самодельный флаг: на рваном полотнище кто-то коряво нарисовал шушундрика, залпом выпивающего бочку мазута.

Внутри царил уютный хаос.

Пол был усеян старыми покрышками (видимо, удобные гнездышки для сна). По стенам висели гирлянды из перегоревших лампочек. В углу стояла «тронная» конструкция из сваренных бочек, а на ней…

— Хур-Хур, — поприветствовал я.

Он выглядел величественно.

Самый крупный из шушундриков, теперь облаченный в экзоскелет, который Ди-Ди собрала для него. Механические руки, ноги, и главное — голосовой синтезатор, который превращал его ментальные импульсы в речь.

— Приветствую тебя, Тот-Кто-Слышит! — прозвучал механический голос.

— Можно просто Волк, ты же знаешь.

Послышался гул сервоприводов — шушундрик кивнул.

— Рад, что ты поправился. Мне сообщили, что тебя поразила внезапная хворь.

— Было дело.

— Вы пришли говорить о предстоящих выборах? — догадался Хур-Хур.

— Ну, мы скорее пришли убедиться, что ты не планируешь объявить мазут национальной валютой, — сказал я, оглядывая «трон».

— Это неплохая идея, но пока я ограничился программой «Чистый порт».

— Гениально, — Кармилла приложила руку к груди. — Экология через обжорство.

Я вздохнул и перевел взгляд на стену, где висел плакат с предвыборными обещаниями Хур-Хура:

«Каждому шушундрику — по нефтехранилищу!»

«Бесплатный мазут для пенсионеров!»

«Деньги из бюджета — на исследования „Как съесть больше“!»

«Все бензоколонки — народное достояние!»

— Ты серьезно хочешь быть президентом? — спросил я.

Хур-Хур задумался. В исполнении пушистого шара с механическими конечностями это выглядело почти забавно. Но мне вот не смешно. Совсем.

— Мы хотим, чтобы нас уважали, — ответил Хур-Хур. — Раньше нас боялись. Теперь — любят. Это лучше.

— Любят?

— Да, нас называют «пушистыми спасителями». Дети рисуют нас на уроках. Мы теперь… милые.

Я представил, как Хур-Хур в розовом бантике позирует для школьников на уроке ИЗО, и едва сдержал смех.