Львиная доля серой мышки

"

"— Они ходили по одним коридорам, сидели на собраниях, обедали в одной столовой, гуляли на корпоративах и так и не столкнулись в течение нескольких лет?

Валентина взяла с полки папку.

— В НИИ несколько филиалов, институт ведь одновременно и учебное заведение, и наукой занимается. Егор работал в центральном корпусе, как раз там студентам лекции читают, а Марта трудилась в филиале, где проводят исследования. А потом, в связи с тем, что финансирование снизили, их отделение значительно сократили, Столова в главном офисе очутилась. Увидела в холле объявление «Кружок каллиграфии возобновит работу через месяц» и записалась на занятия. Мартина постоянно чем-то увлекалась, то шотландскими танцами, то рисованием, то разведением кактусов. Могла одновременно в трех-четырех клубах по интересам состоять. Писать она и впрямь очень здорово научилась. Я так даже близко не умею.

— Думала, вы тоже увлекаетесь каллиграфией, — заметила я, — видела на подоконнике поднос с чернильницей и особой ручкой, альбомы…

Валентина, держа папку, села в кресло.

— Мартина все хотела меня в свой кружок завлечь. На день рождения приволокла этот набор и давай агитировать: «Это такой кайф! Настоящее расслабление! Попробуй…» Я, дурочка, поверила, посетила пару занятий, но быстро бросила. Нудно очень одну букву целый час выводить, меня это не успокаивало, а злило. И к тому же я знала, зачем Марта меня так в кружок заманивала, даже оплатила мои уроки. Не об отдыхе моем она пеклась. Хотела из денежного фонтана нахлебаться. Не понимаете?

— Нет, — ответила я.

Валентина положила на диван папку.

— Вот. Можете взять с собой, все равно я не знаю, куда деть эти документы. Мне они точно не нужны.

Я открыла скоросшиватель.

— Что это?

Глава 29

— Великий план Мартины, — хмыкнула Валентина. — Она всегда мечтала о деньгах. И надо сказать, в хитрости ей не откажешь. Да и в уме тоже. Образование-то у нее ерундовое было, вот пела подружка хорошо. И стихи читала замечательно. В школе Столова занималась в театральном кружке, которым руководил какой-то актер, внушавший ей: «Поступай в театральный, точно попадешь, ты внешне симпатичная и явный талант от Бога получила». На личико Марта ничего так была, но простовата, этакая хорошенькая крестьянка. У нее хватило мозгов, чтобы понять: в театральных и киношных вузах учатся сотни, а звездами становятся единицы. Остальные молчаливых горничных в затрапезных постановках изображают, ни денег, ни славы не имеют. Мартина другим путем пошла.