Агрессор

"

"Наконец-то меня спас чайник. Бешеный Дейв деловито возился с чайными пакетиками, а я устроился на стуле, стоявшем с другой стороны стола. Он подъехал ко мне, держа в каждой руке по чашке с чаем.

Он предложил на выбор «Смартиз» и «Сандерберд». Я выбрал «Смартиз», он был не таким крепким.

— Итак, что ты хочешь знать о Чарли?

— Он динозавр, Дейв; он слишком стар, чтобы шляться по миру. Хэйзл хочет, чтобы он вернулся домой.

Он вернулся на свое место.

— Она что, еще мирится с этим старым пердуном?

Я кивнул.

— Кстати, а твои дети в порядке?

Он откинулся на спинку своего кресла и отхлебнул чая.

— Уехали, дружище. Парень в Лондоне, встречается с какой-то польской моделью, а дочь вышла замуж за интеллектуала. У них хорошая квартирка в городе.

Дейв жил здесь уже больше тридцати лет, но все еще называл всех интеллектуалами, словно только приехал сюда из деревни.

Я сделал глоток чая и чуть не подавился. Там было не меньше трех кусков сахара. Он ухмыльнулся.

— Даже моя бывшая жена вышла замуж за интеллектуала. Один из местных копов. А как же ты, Ник? Женился? Развелся? Дети? Не удивлюсь, если у тебя в жизни полная катастрофа…

Я покачал головой и улыбнулся.

— Думаю, у меня все еще есть девушка в Австралии, она немка, но мне пришлось в спешке уехать от нее из-за тебя. Ей это не понравится.

Он снова ухмыльнулся.

— У этих немок всегда из-за чего-то депрессии.

Мы долго еще могли трепаться. Я мог ему рассказать о Келли — он знал Кена, ее отца. Но мы уже выполнили обязательную часть разговора, а я приехал сюда, чтобы найти Чарли.

— Ты можешь подсказать мне, куда уехал этот старый ублюдок? Я обещал Хэйзл надавать ему по ушам. Ну, ты понимаешь.

Дейв улыбнулся и сказал, что знает, где Чарли и что он уже сотни раз слышал такие истории.

— Ты же понимаешь, что я ничего не могу сказать тебе, дружище. Это касается только той компании, которая делает заказ: они ведь не хотят, чтобы все вокруг знали, какую они делают работу. А если все станут возвращаться домой, как только их жены начнут вопить, то скоро вообще работать будет некому.

Он поставил свою чашку и вцепился в ручки кресла. Он поднялся на несколько сантиметров над креслом и застыл в таком положении; возможно, это было как-то связано с кровообращением, а может быть, он хотел замедлить гангрену, прогрессировавшую на его заднице.

— А как же ты, Ник? Я не встречал твое имя в связи с нашими делами. Чем занимаешься?

— Ну, сам понимаешь… дела. — Я пожал плечами и улыбнулся.