Агрессор

Интересно, сколько бы нам пришлось добираться до Турции на повозке с лошадьми?

Чарли повернулся к Паате.

— Что теперь?

— Обратно туда, где Нана недавно делала интервью. Нам нужно спрятать где-нибудь «мерседес». Нану здесь не очень-то любят. Хотя должны были бы. Она любит совать свой нос туда, куда ее не звали. Многим людям это не нравится. — Он сжал челюсти. — Один фермер разрешает нам спать здесь и оставлять свой грузовик. Он хороший человек. Он и его жена — это те, ради кого мы сюда вернулись.

Мы проехали мимо полуразрушенного фермерского домика и свернули направо. Машина остановилась у огромного амбара, построенного из необработанного дерева с огромными дырами между планками и ржавой крышей со сделанными на скорую руку заплатами. Паата выскочил из машины и открыл дверь.

Бастард вновь принялся за свое.

— В моем удостоверении говорится о том, что вы должны оказывать мне всяческую помощь. Так вот мне нужен фургон.

— Я спрошу у Эдуарда, — вежливо ответила Нана. — Он ждет нас внутри.

Паата закрыл дверь, и мы проехали еще с дюжину метров до центра амбара. Он был довольно высоким, и в него легко могло поместиться еще несколько таких фургонов.

Хотя амбар был обветшалым, здесь, по крайней мере, было сухо. Никаких следов инструментов или техники, даже никаких мешков. Все, что я увидел, это деревянная лавочка в дальнем углу, у остатков небольшого костра.

Нана что-то сказала Кобе на скрепочном языке. Он кивнул и стал в нескольких шагах от нас. Он расстегнул свою куртку, когда из фургона вышел Бастард.

— Где же этот Эдуард? У меня есть к нему дело.

Она старалась держаться невозмутимо, но я видел: ее что-то беспокоило.

— Он придет. Он не из тех людей, которые не держат свое слово. — Она с тревогой посмотрела на Паату, а затем на меня и на Чарли.

Черт подери, у нас стало слишком много зрительных контактов. Это было подозрительно.

— Нам тоже нужно идти, — бодро сказал я. — Спасибо, что подбросили.

— Эдуард должен знать, есть ли какой-то транспорт. Я позвоню ему.

Я проследил за ее взглядом от Пааты к Кобе и почувствовал в них напряжение. Они явно чего-то ждали.

Я снова посмотрел на Нану, когда она нажимала кнопки на своем мобильнике.

На одну секунду мне представился крестьянин-фермер, который едет по ухабистой дороге, крутя баранку своей разбитой «лады», а затем лезет в карман и достает «нокию».

Грузинский крестьянин-фермер с сотовым телефоном. Кому она, черт подери, звонит?

Мой взгляд вновь вернулся к Нане.