Агрессор

Затем я чувствовал только запах репы, когда мне на голову натянули нейлоновый чулок. Он доходил до моих локтей.

Мои два новых друга обменялись парой фраз на скрепочном языке, я потихоньку начинал его понимать. Затем они вытащили меня в коридор. Мелкие проблески флуоресцентного света пробивались сквозь ткань, и еще я видел кусок пола внизу через дырку у моей талии.

Мы свернули налево, прошли несколько дверей, затем направились дальше и снова прошли через несколько дверей.

Порыв холодного ветра коснулся моей голой кожи, все части моего тела съежились. Когда мы стали спускаться по деревянным ступенькам, я уже дрожал.

Гравий впивался мне в ступни, когда меня тащили к какой-то машине. Задние сиденья были убраны, и я сел на одеяла, состоявшие из случайной комбинации колючей шерсти и нейлона.

Я пробрался как можно дальше, надеясь наткнуться на Чарли, но в итоге лишь ударился головой об аккумулятор, и мне в нос ударили всепоглощающие запахи мочи и псины. Сверху на меня бросили еще одно одеяло, и дверь закрылась.

Это было нехорошо.

Мне казалось, что я понимал, какими они были полицейскими, и вам никогда не захотелось бы остановиться и спросить у них дорогу, поверьте.

Передние двери открылись и закрылись, и я прямо подпрыгнул, пока эти двое парней усаживались на свои места. Двигатель завелся, и мы поехали мимо разборных модулей. Я закрыл глаза, чтобы попытаться сохранить хоть какую-то ориентацию в пространстве.

Я услышал какой-то разговор, затем зажглась спичка, и запах никотина начал воевать с запахом псины.

Я не боялся того, что может быть впереди. Я просто чувствовал себя подавленным.

И голодным.

И, к моему огромному удивлению, чертовски одиноким.

Глава пятая

Мы остановились, и шофер опустил свое стекло. Он отдал кому-то серию приказов на скрепочном языке, затем я услышал, как поднялся шлагбаум, и мы поехали дальше.

С километр мы проехали по неровной шумной дороге, пока добрались до главной, а там свернули налево. Здесь не было ничего удивительного. Грузины любили своих русских собратьев не больше, чем американцы.

Мы ехали по шоссе, лишь изредка попадая в старые добрые рытвины.

Я старался зафиксировать продолжительность этой поездки, подсчитывая секунды, и досчитал до двадцати минут езды без остановок."

"Двое парней впереди веселились. Они включили радио и слушали какие-то грузинские песни, в которых, казалось, было достаточно много причитаний.