Волчье сердце

В редкие дни, когда душу охватывала тревога, Вера преодолевала ее сама, никому больше не поверяя своих мыслей. Это ее личные демоны, часть ее натуры — ей с ними и бороться. Зиму пережили без особых происшествий, весной пару раз пришлось полежать на сохранении, но в целом все было хорошо, и беременность проходила нормально. Перестал мучить ненавистный токсикоз, но зато появились изжога и одышка — сущие мелочи в сравнении с каждодневным ощущением чуда.

Чудо — что она забеременела.

Чудо — ощущать, как толкается в животе ребенок.

Чудо — слышать, как бьется его сердце.

Чудо — у них снова будет мальчик...

Тогда перед УЗИ Вера шутки ради предложила не узнавать пол ребенка. Янис рассмеялся и попросил ее оставить свои детские мечты его осюрпризить. Он часто повторял, что ему все равно мальчик родится или девочка, он любит своего ребенка, и в нем смысл их жизни, но Вера видела: глаза Яниса загорелись особенной отцовской гордостью, когда он узнал о сыне.

— Ну что, придумал имя? Как сына назовем? — спросила, когда они вышли из клиники.

— Герман или Роберт, — без раздумий ответил Майер.

— Вот никак не ожидала, что ты такой оригинал.

— Вера, я — Янис, он — Янисович, по-простому уже не получится.

— А если мне не нравится ни то, ни другое?

— Предложи свой вариант.

Она немного подумала, перебрав в голове известные ей необычные имена, которые могли подойти их сыну.

— Может быть, Кристиан? — несмело предложила она.

— Хорошо, мне нравится, — кивнул он.

— Правда? — не поверила, что Янис сразу согласился.

— Да. Кристиан, Крис. Нам подходит.

Срок родов приближался. Ходить становилось все тяжелее.

В июне город захватила жара, которую можно было пережить только под кондиционером и желательно на даче.

Вера давно привыкла жить на два дома. Ей нравился их загородный особняк, огромный и величественный, но, когда все расцвело и зазеленело, оформилась цветовая палитра сада, она поняла, что чего-то ей все-таки недостает. Скучала Вера по своему маленькому, уютному садику. Не хватало ей уголка, где можно почувствовать уединение.

Поэтому по ее просьбе построили еще одну небольшую беседку, осталось лишь немного облагородить место цветами.

— Вера, когда ты говорила, что хочешь кое-что переделать в саду, ты не сказала, что я должен буду сажать розы, — ворчал Даня, которого она призвала на помощь.

— Что ты имеешь против роз?

— Совершенно ничего. Но меж тем хочу тебе напомнить, что у тебя есть садовник. И муж еще.

— Муж собаку к ветеринару повез.