Лунное сердце

— Да! Придется признать это!

Тому почудилось, что он снова раскидывает диски виэрдина, склоняется над магическим лоскутом и, повернувшись, оказывается лицом к лицу со своим врагом, лицом к лицу с самим собой.

Он обернулся к окну:

Том поднял руки, из которых утекали последние капли его магических сил, но огонь еще пылал у него в ладонях, как крошечная новая звезда, и Том метнул его в своего врага.

Вся наружная стена комнаты вылетела в поле.

— Ты мой! — закричал Мал-ек-а.

Горящие головешки усеяли землю, давя и обжигая топчущихся внизу трагг.

Дом зашатался. Безмолвный вопль прорезал мозг Тома. Дом! Он нанес Дому рану, он открыл дорогу врагу! Том припал лицом к полу. Куда девалась его хваленая мудрость? Где его мощь и сила? Разве он теперь человек? Он потерял все! Все!

Когда первая трагг-а, цепляясь когтями, полезла через брешь в стене в комнату, Том обратился в бегство. По краям обвалившейся стены слабо вспыхивали голубые огоньки, но ущерб, нанесенный Дому, был слишком велик — Дом больше не мог защищать себя.

В него вступили трагг-и. А за ними — их властелин.

Гэннон снова замахнулся на Джеми:

— Говори! Говори, сукин ты сын!

У Джеми распухли глаза, он сделал слабую попытку покачать головой, но Шевье держал его за волосы, и Джеми не мог пошевелиться. Из раны над глазом сочилась кровь, и он почти ничего не видел. В горле застрял выбитый зуб. Джеми задыхался.

— Врежь ему еще разок, Фил! — свистящим голосом прохрипел Шевье.

Гэннон кивнул, но в этот миг Дом зашатался на фундаменте, казалось, камни скрежещут друг о друга, и Джеми издал душераздирающий вопль.

«Что с ним? — испуганно подумал Гэннон. — Я даже не успел к нему…»

Джеми выскочил из кресла, оставив в руках Шевье прядь своих волос. Он толкнул Гэннона головой в живот и с громкими стонами, грохоча по ступеням башмаками, побежал вверх по лестнице. Сейчас его мучила другая боль, не его собственная. Только теперь он понял, какая связь существует между ним и Домом, и, поняв, был потрясен до глубины души. В живот ему словно впилось что-то острое, как будто его пронзили ножом.

На верхней площадке ему пришлось остановиться и прислониться к стене.

Внизу появился Гэннон.

— Отсюда не уйдешь, — проговорил он. — Я запер дверь, а ключ у меня. Давай-ка спускайся…

— Дурачье! — прокричал Джеми, разжав окровавленные губы. Его голос эхом прокатился по подвалам. — Они уже ворвались в Дом! Мы все теперь покойники!

Гэннон поднял пистолет, но Джеми повернулся и нажал на дверь плечом. Она не могла открыться.