Брачное агентство "Влюблённые сердца"

    - Ну, пожалуйста!

   И я сказала то, чего ни за что не имела права говорить! Изначально соврала, зная об этом, чувствуя горечь в душе от необходимости обманывать их, и все равно дала несбыточную надежду!

   - Говорите свои желания! - все-таки улыбнулась, проглатывая неприятный комок в горле и наклоняя голову к ним.

     Вовка ткнулся в левое мое ухо, а Ванька - в правое. И шепотом с двух сторон прозвучало:

    - Я хочу маму...

    Боже, дай мне сил! До крови прикусила изнутри щеку, стараясь не разрыдаться и отыграть свою роль до конца.

Присела на корточки, понимая, что больше улыбнуться просто не смогу - сейчас это выше моих сил, и сказала, стараясь, чтобы голос звучал как можно более убедительно:

     - Она обязательно вас найдет. Может быть не сразу. Может быть, вам придется подождать немного. Я обещаю...

    Потом поцеловала каждого по очереди в щечку, встала и решительно, не посмотрев в сторону молчавшего все это время Дениса, быстро зашагала к Саше и Насте, чувствуя, как слезы все-таки закипают на глазах, яростно смахивая их и до скрипа сжимая зубы.

Наташка, очнись! Всё! Все закончилось! Ты же так этого ждала! Вон твоя доченька! Все снова будет, как прежде! Ты же так хорошо, спокойно жила! И будешь жить, как раньше!

    А буду ли? А смогу ли теперь?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

     Старая, как мир, истина о том, что при всех проблемах не решить, а изменить угол зрения на них, помогает водка, оказалась неправильной.

Оставив пацанов на попечение матери, временно с загипсованной Лидой поселившейся в моей квартире, уехал в их жилье. Мне хотелось побыть одному.

    Свою ошибку понял уже в процессе - нужен был собеседник, нельзя было пить в одиночестве. Точнее собутыльник. Чтобы не позвонить Шевцовой, зачем-то сломал симку. Просто оттянул неизбежное - её номер все равно был на работе в базе данных. Но для меня важно было не позвонить именно сегодня.

    И с каждым глотком водки без закуски - нарезанные огурцы и колбаса из маминого холодильника не лезли в глотку, - мне становилось всё хуже и хуже.

Что, сука, происходит? Как у неё это получилось? Как получилось без всяких уловок и хитростей, без признаний и обещаний влезть в мою голову, в мою жизнь, в мою семью?

     Опрокинув очередную стопку, обхватил ладонями лицо, сжал его и потряс головой, желая вот таким нехитрым способом избавиться от мыслей о Наташе.