Брачное агентство "Влюблённые сердца"

Даже не помнилось, чтобы я вообще от секса с ним удовольствие получала... А чтобы языком ласкать - так это только перед замужеством да и то пару раз всего лишь было!

     А Денис меня не знает совсем... И делал это зачем-то! Зачем? Ну не может такое мужчине нравиться! Но как же приятно было... Сладким волнением внизу живота росла новая потребность - снова хотелось прикосновений, от которых дыхание перехватывало, снова хотелось видеть его такого - красивого, сильного - надо мною... Взгляд его странный на себе ловить, как будто такая, как я, может нравиться такому, как он!

    Невозможно! И вообще, достаточно! Скоро утро! Но стоило только попытаться привстать, аккуратно приподняв его руку, как эта же рука с силой вернулась обратно.

    - Куда? - недовольно и хрипло проворчал Плетнёв.

    - Т-туда, - отчего-то начала заикаться я, показывая пальцем себе за плечо на соседнюю койку.

    - Спи уже, неугомонная! Тебе и здесь хорошо! - не открывая глаз то ли уговаривал, то ли сообщал он.

    - Не могу заснуть, - пожаловалась ему.

    - Точно? - правый глаз Дениса вдруг приоткрылся, и он лукаво посмотрел на меня.

   - Да, - не чувствуя подвоха, продолжала я.

   - Ну тогда, Шевцова, продолжим! - радостно и совершенно не сонно заявил он и потянул меня на себя.

    - Денис! Кто-нибудь войдет! - зашипела я, с удовольствием вытягиваясь на горячем твердом теле и очень явно представляя, что именно собирается продолжать Денис.

     - Все равно завтра домой поедем - нас здесь никто не знает, - смеялся он подо мной.

    И я сама закрыла его рот поцелуем - потому что мне до боли хотелось прикоснуться к красиво изогнутым губам, щетину его вновь почувствовать! Языком обвела нижнюю губу и скользнула в приоткрытый рот... Я сама целовала его бицепсы, восхищаясь, наслаждаясь каждым прикосновением! Я сама начала спускаться ниже... Мне хотелось. Это было дико, да, особенно учитывая тот факт, что минет я ненавидела с мужем - меня и запах раздражал, и сам процесс.

    Он вдруг поймал за подбородок, когда я почти решилась, почти поцеловала вершину крупной, перевитой выступающими венами плоти, увенчанной темно-розовой головкой.

    - Это не обязательно.

    - Я только попробую, - словно попросила разрешения я.

     И я была уверена, что его глаза потемнели - словно огнем меня прожгли. И под взглядом этим было мне еще сложнее сделать задуманное. Но и отступать уже стало поздно.