Непостижимое сердце

Ей не хотелось обманывать человека, которого она любила, однако герцогиня просила ее сохранить свое поручение в тайне, и Вирджинии казалось верхом неблагодарности обмануть ее доверие.

– Я каталась верхом, – ответила она.

– Говорил ли я тебе, как прекрасно ты выглядишь верхом на лошади? – спросил герцог.

– Я скоро сделаюсь тщеславной, – улыбнулась Вирджиния.

– Рассказать ли, что я на самом деле думаю о тебе? – Герцог заглянул в ее глаза.

Она покачала головой:

– Мы уже приближаемся к замку и не должны вызывать подозрений.

В самом деле, нам следует соблюдать крайнюю осторожность. По правде говоря, я боюсь. Боюсь не только за твою жизнь, но потому, что мы так счастливы. Ничто не ускользнет… от некоторых людей.

Инстинктивно герцог бросил взгляд в сторону замка, и выражение любви исчезло с его лица.

– Ты права, Вирджиния. Мы должны быть осторожны.

– Леди… леди Шелмадин… – с запинкой произнесла Вирджиния.

– Знаю, – ответил он, – но я не понимал, что ты тоже знаешь об этом.

– Женщины проницательны.

– Каким же я был глупцом! Проси меня, Вирджиния.

Герцог повернул коня и, будто встретив ее случайно, приподнял свою шляпу; покинув ее, он поскакал к конюшням. Машинально Вирджиния повернула свою лошадь в другую сторону, поскакав вдоль берега озера, а через четверть часа возвратилась через парк.

Она поехала к конюшням, оставила там свою лошадь и пешком направилась к замку. Атмосфера в доме будто бы изменилась. Прежде замок казался ей теплым и дружелюбным.

Теперь в нем ощущались предательство и опасность.

Вирджиния медленно поднялась по лестнице, ведущей к ее спальне. Дойдя до верхней площадки, она оглянулась и увидела леди Шелмадин, выходившую из библиотеки. Она хмурилось, и ее красивое лицо исказила гримаса гнева. Вирджиния почувствовала, как сжалось ее сердце. Оказалась ли она глупа, или леди Шелмадин приходила в библиотеку, чтобы разыскать ее? И если так, то какую еще неприятность придумали их недруги про запас?

Глава 9

Вирджиния проспала! Она не слышала, как вышколенная горничная вошла в комнату, раздвинула занавески и принесла утренний чай.

На маленьком подносе стоял фарфоровый чайный прибор тонкой работы.

Она очнулась внезапно и инстинктивно засунула руку под подушку, чтобы отыскать письмо, которое покоилось там, – письмо, которое она перечитывала накануне вечером дюжину раз. Ее первое любовное письмо!

Вирджиния села в постели. Волосы покрывали ее плечи, глаза сияли.