Семья для нефтяного магната

У меня в груди расслабляется уже давно стянутый узел, который был все время, от момента, когда я сделала тест, и не позволял мне поверить в беременность полноценно. Мало ли что. Я будто не привязывалась душой.

— И как дела? — Спрашиваю я охрипшим голосом.

— Все хорошо, — отвечает врач, — сердечко в норме, размеры тоже, — вот, смотри, — она разворачивает ко мне монитор сильнее.

Я впиваюсь в него глазами и чувствую, как по щекам начинают течь слёзы.

— Маленький какой… — шепчу.

— Да, и страшненький, как креветка, — с улыбкой кивает Калерия Викторовна, разворачивая экран обратно к себе. — Ну-ка слёзы стёрла, а то больше не покажу.

— Я не плачу, — мотаю головой, вытирая со щёк соленые капли.

— Ну, тогда вытирайся, одевайся, — она подаёт мне рулон салфеток и встаёт со стула. — Сейчас по анализам все напишу…

— Калерия Викторовна, — окликаю я ее, прикрываясь платьем. — А можно вас попросить ничего в карте не писать?

— Почему? — настораживается она.

— Я бы не хотела, чтобы пока кто-то знал о малыше, — отвечаю честно. — Родственники в том числе. А вы сами понимаете, что деньги вскрывают любые замки. Я пока живу с охраной.

— Поняла, — вздыхает она. — Тогда анализы сдашь просто под номером. Его буду знать только я.

— Спасибо большое, — говорю ей и, повинуясь порыву, касаюсь руки. — За все…

Короткий, но громкий стук в дверь заставляет меня вздрогнуть.

— Войдите, — отзывается Калерия Викторовна.

Дверь открывается.

— Извините, — Валерий заглядывает в кабинет. — Все нормально? Очень долго… — неуверенно мнется.

— Я уже выхожу, — успокаиваю его.

Забираю направления на анализы, прощаюсь и под внимательным взглядом охранника покидаю кабинет. Почему-то даже не сомневаюсь, что Константин уже поставлен в известность об этом визите. Ну и ладно… Улыбаюсь, незаметно поглаживая живот, зато точно знаю, что все хорошо.

И только я сажусь в машину, мой телефон начинает звонить. Сердце замирает, пока ищу его в сумочке. Мне кажется, что это Тихомиров, и сейчас он будет задавать вопросы. Мысленно выстраиваю внутри себя броню и почти как мантру повторяю, что быть беременной — это не стыдно. Это очень почётно носить в себе человека. И ни один мужчина в мире не имеет права меня в этом упрекнуть.

Наконец-то достаю телефон, но на экране вижу незнакомый номер.

— Валерий, — окликаю своего водителя и подвигаюсь ближе к передним сиденьям. — У меня звонит телефон. Дело в том, что этот номер знают только два человека, ну три вместе с вами, — поправляюсь.