(не)фиктивная семья для мажора

— Это временная мера, — смягчает тон Арсений Петрович, — Но если бы ты призналась сразу, то…

— Я ничего не делала! Мне не в чем признаваться! – еле сдерживаю возмущение. Почему мне никто не верит? Почему слушают этого идиота Исаева?

— Очень надеюсь, что ты говоришь правду, — кивает декан и удаляется. Вот же….

— Так, всё, я ушла, — поворачиваюсь к Алле.

— Иди. Прикрою.

Благодарно улыбаюсь и спешу покинуть универ. Настроение паршивое. С грустными мыслями медленно иду в сторону общежития. Ну почему всё так не справедливо? И куда пропал этот балбес? Попадись он мне на глаза! Придушу нафиг!

С лёгкой грустью вспоминаю первый курс. Учёба и четыре стены. Для кого—то кошмар, а для меня любимое время. Не то, что теперь. Учебный год не успел начаться, как на меня посыпались неприятности. И что будет дальше – неизвестно.

Вернувшись в нашу с Аллой комнату, растерянно села на постель и осмотрелась. Это – мой дом. И страшно подумать о том, что я могу его покинуть. Да, после вчерашнего конечно отчисление уже не так пугает, но все же. Куда мне идти? Некуда. Да и Алла. Как я её оставлю? По сути, она самый родной для меня человек. Легла на подушку и попыталась отпустить все мысли. Нужно просто расслабиться. И ждать. Всем известно, что ожидание самая противная вещь на свете. Утопая в жалости к себе, я задремала."

"Разбудил меня настойчивый стук в дверь. Сначала вообще не поняла, что происходит. Но в комнату продолжали ломиться. Вскочив, пошла открывать с единственным желанием – настучать кому—то по голове.

— Ты??? – удивилась я, распахнув дверь.

— Лера, какого чёрта? Всё нормально? – не дожидаясь приглашения, в комнату прошёл Исаев.

— Превосходно! Чего надо? Поглумиться пришёл? – скрестив руки на груди смерила его недобрым взглядом.

— Не понял…, — растерялся парень.

— А что ты не понял? Меня отстранили от учёбы! И скоро отчислят! Из—за тебя, придурок ты недоразвитый! Что, задела твоё самолюбие? Должна была тихо молчать в тряпочку и заглядывать тебе в рот, а не смогла? Поэтому ты не пошёл к ректору, да? – на меня накатила злость. Вот он, виновник всех моих бед. Ник смотрел на меня хлопая глазами, а я продолжала распаляться.

— Что ты вообще о себе возомнил? Кто тебе дал право рушить чужие жизни? Ты не человек! Ты наглый, оборзевший подонок! – выкрикнула я, и почувствовала, что мне стало легче.

— Высказалась? – совершенно спокойно спросил Ник.

— Да.

— Отлично.