(не)фиктивная семья для мажора

Учись разговаривать. То как ты потребовал, можно было сказать нормальными словами.

— Интересно как же? О дорогая женушка, не соизволишь ли ты оказать мне честь своим появлением?

— Прекрати, — морщусь, — Знаешь, в чём твоя проблема? Вроде стал старше, но застрял в возрасте обиженного подростка. Твои претензии ко мне, я уже поняла. Возвращаться в мою жизнь – я не просила. Ты сам всё это затеял. С какой стати, я должна терпеть твоё хамство?

— Наглеешь, — фыркает.

— Ничего подобного! Собрался изображать семью, а из тебя ненависть так и плещет. Не проведёшь своих потенциальных партнёров, Исаев. И контракт не получишь, — улыбаюсь.

— Собралась дать мне пару уроков актёрского мастерства?

— Всего лишь пытаюсь до тебя донести, что сам запорешь свой спектакль. Повзрослей! А лучше, сходи в спортзал, выпусти пар. Или ещё куда—нибудь, — пожимаю плечами, — Или просто оставь свою агрессию при себе. Мне всё это не нужно было. И я не понимаю, почему должна…., — договорить не успеваю. Одно движение и Ник уже нависает надо мной.

— Неужели? Не понимаешь? – выдыхает он.

— Исаев….Прошлое в прошлом! – пытаюсь разорвать зрительный контакт. Но не получается. Сколько себя помню, всегда утопала в этих карих глазах. Сейчас в них плещется злость и обида.

Он не сменил парфюм. Всё тот же аромат, что сводил меня с ума. Невольно втягиваю воздух. Да, узнаю из тысячи.

Ник сглатывает и переводит взгляд на мои губы. Сердце стучит так, словно хочет выпрыгнуть из груди.

— Осмелела, колючка, — хрипло шепчет он.

— Всего лишь пытаюсь найти компромисс, — тихо отвечаю, боясь даже пошевелиться. Мне категорически нельзя находиться так близко к нему. Это плохо на меня влияет. Особенно сейчас.

— Может, заставить тебя замолчать? Как раньше?

По коже пробегают тысячи мурашек. Ведь молчать меня Ник заставлял целуя. Сладко. Горячо. Так, как мог только он….

Никита…

Смотрю в глаза Лере, а в душе идёт борьба. Хочу одновременно и поцеловать эту дерзкую штучку, и по попе отшлёпать, и встряхнуть так, чтобы даже не смела мне перечить. После всего, что было, она ещё права качает? Воспитывать меня пытается? Совсем обнаглела!

Хреново то, что я сам подписался на это мучение. Мазохист. И вот теперь, она рядом. Такая красивая, нежная, но уже не та девчонка, какой я её помню. Мне хочется…Твою мать, в какой—то момент я даже хочу забыть, что она подлая предательница. Схватить, обнять и никогда не отпускать больше. Единственное желание.

— Кхм….