Вторая семья моего мужа (СИ)

Там блинчиками пахнет?

— Забыл вытяжку включить, — начинает оправдываться он, заходя в спальню. Усаживается на кровать и гладит меня волосам, не сводя с моего лица влюбленного взгляда. Я тянусь к нему всеми фибрами души, обнимаю крепко-крепко, и, наконец, на время обретаю душевный покой.

— Я уже встаю, Макареша! — потершись о его щеку носиком, поднимаюсь с постели. — Блин, между ног тянет. Отвыкла совсем от тебя.

— Не говори так, Кируся!

— От твоего размера, — тут же поправляюсь. — Макар, я не спрашивала раньше, а что, если ты захочешь секса, когда меня нет рядом? Это ведь нормально! Тебе всего тридцать.

— Ты знаешь, жена моя, — обнимает меня сзади и оглаживает живот. Яра как чувствует, тут же толкает папочку ножкой. — А как я, по-твоему, в командировке справлялся раньше?

Я понимаю, к чему он клонит, и больше к этому вопросу мы не возвращаемся.

— Ммм, — стону я, наворачивая уже третий блин подряд. — Обожаю! Невозможно вкусно!

— Я так соскучился по русской еде, — смеется Макар, любовно касаясь моей руки. Автоматически отмечаю, что обручальное кольцо, которое я надевала ему три года назад, по-прежнему, на месте. — Меня уже тошнит от плова и лепешек.

— Лейла не умеет варить щи и стряпать пельмени? — резко вырывается у меня комментарий.

— Без понятия, что она умеет! — ровно отвечает муж, не реагируя на мой импульсивный выпад.

— Как поживают твои родители? — перевожу я тему, хотя мне безумно интересно разузнать подробности их взаимоотношений.

— Не знаю, — тяжело вздыхает Макар.

Тема родителей для него больная. Случилось так, что младший брат болен ДЦП и отец с матерью положили жизнь на его развитие. Старший сын рос как трава в поле, пока те ездили на реабилитации, консультации и бесконечные обследования. Даже на свадьбу они не приехали. Я знаю, что Макар каждый месяц отправляет им приличную сумму, на этом все.

— Что с работой? Когда тебя уже посадят в кабинет?

— Ой, это тоже сложный вопрос, малышка. В полях меня заебало работать, налаживать все бесконечно. Мне это напоминает борьбу с ветряными мельницами. Иногда такое отчаяние накатывает, что с ума схожу. Работаю на износ. Сейчас, слава богу, в Москве собрали команду для развития нефте и газопотока. Станет полегче.

Сегодня, при свете дня он не кажется мне чужим. Уставшим — да, но не чужим. Такой же родной и близкий, мой Макар. Моя вторая половина.

— Я подала документы на восстановление в институт! — горделиво сообщаю.

Эта информация если и удивляет моего мужа, то он не подает вида.