Ты знаешь мой секрет?

Решая не мешать самым близким людям общаться, отворачиваюсь, чтобы переложить распашонки и пеленки, которые помощница Анны нагладила и принесла в детскую, и замечаю Ингу, стоящую в дверях и буквально пожирающую моего мужа широко распахнутыми сверкающими глазами.

Девушка ничего не замечает вокруг, настолько ее поглощает неожиданно представшее зрелище. Кажется, что она боится лишний раз моргнуть и стоит, напряженно вытянувшись и прижав к груди ладони.

Делаю шаг навстречу, желая переключить столь пристальное и не совсем уместное внимание.

И это получается. Помощница мужа цепляет краем глаза движение, резко поворачивает голову, смаргивает, возвращаясь в реальность, ловит мой открытый вопросительный взгляд и, к совести, немного тушуется.

Постояв еще пару секунд, она кивает, будто принимает в этот момент какое-то важное для себя решение, и, развернувшись, покидает детскую через вторую дверь, минуя нашу с Алексом спальню.

Странная.

Характеризую увиденное, но с остальными выводами в ее отношении решаю не торопиться, потому что, узнав правду о сложном прошлом девушки и о причинах тесного общения с ней моего мужа, понимаю ситуацию значительно лучше.

Да и данное самой себе обещание: стараться больше доверять Гроссо, не хочется сбрасывать со счетов. Привыкла держать слово.

Но главное, что делает меня спокойнее, это расположенность Прокофьевой к Наде. Настоящая, а не наигранная.

До того, как войти в детскую и обозначить свое присутствие, что мы с Алексом вернулись домой, я несколько минут наблюдала за помощницей мужа в чуть приоткрытую дверь.

И пусть краткий момент — еще не истинный показатель отношения, но я не заметила, что девушка ухаживала за малышкой через силу. Разговаривала она ласково, улыбалась, играла погремушками и покачивала колыбель, хотя кроме них двоих никого в комнате больше не было.

Елена Валентиновна как раз перед нашим приходом спустилась вниз, чтобы принять назначенные по времени лекарства, а Анна вплотную занялась ужином.

Перекладываю Надюшку на нашу с Алексом постель, целую в лобик и, пока она активно гулит, сучит ножками и машет ручками, крепко держа погремушки, быстренько переодеваюсь в бриджи и футболку. Захватываю из ванной молочко для снятия макияжа, смываю косметику, чтобы глаза отдохнули, поправляю чуть растрепавшуюся косу и заваливаюсь на кровать, поглаживая кроху по животику. В очередной раз умиляюсь, как девочка похожа на Лизу и Макса.