Изменить себя

Он поделил нас всех на группы по три человека, и дальше мы бились трое на трое. К счастью, Тристан не попал ни в союзники, ни в противники, и я не смотрела совсем, что и как он там делает – своих дел хватало. Знай только, отбивай чужие удары, уходи от чужих клинков да нападай сама.

Увы, господин Хьюго дождался конца схватки, дал нам чуть-чуть передохнуть и велел меняться. Тройки не разбил, но противников всем назначил новых. А потом ещё и ещё. Обычно это нисколько не напрягало, но сегодня…

Когда тройка, в которую входил Тристан, оказалась перед нами, все уже конкретно так устали.

Но время обеда ещё не наступило, поэтому – улыбаемся и защищаемся. И нападаем тоже.

Салют, выпад, отбить, с шагом, уйти, отбить, атаковать, атаковать, ещё раз атаковать, прикрыть спину Жерару, подсечь Анатоля – он из вражеской тройки. А принца тут как бы и нет, пусть с ним парни разбираются.

Парни разобрались – тройка принца признала поражение. Я настолько вымоталась, что отползла к стене и села там, положив шпагу рядом. И тут же возле меня приземлился принц.

- Что это у вас на шее, драгоценная Лиза? Или это только мне сказали, что нельзя надевать ничего лишнего?

Я судорожно схватилась за амулет на шее – уфф, не вывалился наружу, только в распахнутом вороте рубахи виден шнурок. Я тут же застегнула верхнюю пуговицу, и глянула на него волком. Не ваше, мол, собачье дело. То есть принцевское, конечно.

- Поднимаемся, становимся, - командовал господин Хьюго.

Я попробовала подняться с пола, опираясь на него руками, но меня повело, и я завалилась обратно.

Господин Хьюго махнул рукой – сиди, мол, пока, разрешаю. Но на Тристана глянул сурово и сказал:

- Поднимайся, твоё высочество. Или ты у нас тоже как девчонка?

После такого бедняге принцу ничего не оставалось, только подняться. Подобрать шпагу и встать. А дальше были спарринги, и ему доставались вовсе не самые слабые бойцы, о нет, не подумайте, специально никто ничего такого не делал, само выходило.

О нет, его не били специально. Но местами то подначивали, то посмеивались.

Всё очень вежливо. Случайно коснуться кончиком шпаги принцевского носа – на секунду, не более. Дать по заду. Развязать бантик сбоку штанины. Не больно, но обидно.

Когда господин Хьюго возвестил конец тренировки и обед, принц на ногах стоял, но было ему тяжело. Тяжелее, чем любому из нас, как мне показалось. И когда его самым вежливым образом пригласили на обед, он так же вежливо отказался. И когда позвали приходить ещё, сказал, что подумает.