Если враг не сдается

У Ляшникова тоже была личная машина, но никаких шапок и фуражек он напоказ не выставлял. Однажды его за превышение скорости тормознул гаишник, и когда полковник, одетый в военную форму, вышел из машины, патрульный замахал руками, словно увидел прокаженного негра: «Поехал, поехал!» Вымогать что-то с военного офицера бесполезно, на официальном уровне наказывать — в бумагах завязнешь.

На третьем этаже напротив квартиры 31 на коврике стояли ботинки огромного размера. Глянув на них, помощник дежурного не преминул сострить:

— Недавно пришел с работы, а у порога стоят ботинки 50-го размера.

Пришлось сказать жене, чтобы обувь свою она заносила в квартиру.

— Молодец! — как-то зло отреагировал Ляшников. Чем ближе к квартире Батерских, тем тяжелее и медленнее ступал по лестничному маршу полковник. В очередной раз морщиться от визга истеричной женщины ему не хотелось.

— Что слышал про Батерского? — спросил он Павлова.

Тот пожал плечами:

— Вообще ничего не слышал: ни плохого, ни хорошего. Вроде бы запчасти для «Жигулей» возил за Урал.

Короче, ничего конкретного.

Четвертый этаж. Крайняя слева дверь. Отполированная до блеска кнопка звонка.

Дверь открыла женщина лет сорока пяти в домашнем халате и шлепанцах. Звали ее Ираидой Павловной. Ляшникову бы потренироваться для начала... Когда он, приветствуя хозяйку, откровенно перепутал все буквы в ее имени-отчестве, мысленно филигранно обругал ее: «Падловна. Падла, на! На, падла!»

Батерская встретила военкома и участкового в штыки:

— Чего вам еще надо от моего сына?

— Он дома?

— Нет.

— Если он дома, попросите его выйти на минуту, всего пара вопросов.

— Я же сказала: его нет дома. Уже давно нет, больше недели.

— Куда он пропал? — спросил участковый.

— Не ваше дело. Если будет нужно, я сама к вам приду.

— На поезде 191 «Орск — Москва» он недавно не ездил?

— А что? — Женщина не теребила, а буквально терзала в тонких и нервных пальцах пояс халата. Проклятые запчасти! Проклятая работа сына! Неделями не бывает дома. Обезличенный голос по сотовому телефону стал более привычен, чем живой.

А когда он дома — слова не добьешься: смотрит телевизор, читает газеты. И когда только женится...

— Ираида Павловна..."

"— Хватит! — перебила военкома Батерская. — Вы достаточно потрепали нам нервы. Вы, с вашим призывом в армию!.. — Она по-мужски резко провела ладонью по горлу и выругалась: — Ну, чего вы добились тогда, б...! А сейчас чего хотите? Я привыкла ездить по вашим управлениям и главкам и снова поеду жаловаться на вас.