Беременность на сдачу

Они с Олегом лучшие друзья и поверь, Матвей может быть как внимательным, добрым и вообще настоящим мужчиной, так и тем, кто сотрет тебя в порошок, не моргнув и глазом.

Я киваю, но не знаю, что делать дальше. Мне нравится профессионализм этого доктора и я переживаю за своих детей. К тому же не уверена, что с таким случаем меня возьмет другая клиника.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Я запишу тебя к нашим конкурентам, — подмигивает Ирка у двери. — У них тоже офигенные врачи. Специалисты что надо. За все заплачу сама, — снова прерывает мои попытки отказаться. — И это… береги себя, ладно?

Я чмокаю в щеку сначала Ирку, потом Светку, после чего провожаю их и перематываю в голове все, что успела услышать о докторе Левицком.

Ближе к десяти вечера я принимаю душ, а когда выхожу, слышу оглушающую трель звонка своего телефона. Быстро беру мобильный в руки и замираю, потому что на экране светится “Матвей Л.” и его фотография, которая перенеслась, видимо, из мессенджера. Дрожащими руками нажимаю ответить и слышу спокойный, даже немного холодный голос по ту сторону:

— Вероника Сергеевна? Это Матвей Алексеевич, ваш врач-гинеколог. Нам нужно срочно поговорить, вам удобно?

— Д-да.

— Отлично, может, встретимся?

— Когда?

— Прямо сейчас. Я стою под вашей дверью.

В трубке становится подозрительно тихо и я с ужасом смотрю на экран телефона, где написано “Вызов завершен”. После раздается звонок в дверь и я вздрагиваю, но иду к двери, смотрю в глазок и поворачиваю ключ. Открываю двери и сталкиваюсь с оценивающим взглядом Матвея Алексеевича. Он окидывает меня с ног до головы, и я замечаю как его губы трогает едва заметная улыбка, а затем вспоминаю о том, что из одежды на мне только розовое махровое полотенчико, едва доходящее до середины бедра.



Глава 16

— Можно? — спрашивает Матвей, вопросительно смотря на меня.

— Да, простите, — я отхожу и приглашаю его войти, придерживая полотенце одной рукой.

— Милый наряд, — комментирует доктор Левицкий и снимает туфли."

"Я краснею, удерживая полотенце надежнее и стараясь сделать так, чтобы оно не свалилось или не раскрылось в самых “нужных” местах. Я не понимаю, как могла забыть о такой важной составляющей, как одежда. И только сейчас понимаю, что это выглядит как попытка соблазнения.

— Я ненадолго, — стараюсь тут же уйти, но меня останавливают, ухватывая за руку.

— Я на пару минут, — спокойным тоном говорит Матвей, а во мне бушует пламя.