Вкус счастья

— Зависит от того, как будешь злить. — Лорел притянула его к себе, впилась губами в его губы. — Еще двадцать четыре дня, — отстранившись, прошептала она. — Может, в конце концов, все не так уж легко.

— Зато позади почти неделя. — Дел открыл ей дверцу. — И восемьсот долларов на кону.

Ну конечно, подумала Лорел. Он не мог остаться в стороне и тоже сделал ставку.

— Посторонние, узнав, что мы спорим на дату секса, сказали бы, что в нашем племени слишком интимные отношения, — сказала Лорел, когда Дел, обойдя капот, сел за руль.

— Четвертое чего… июля? Господи, уже почти июль.

— Погоняем мяч, поедим хот-доги, посмотрим фейерверк в парке. Вы свободны четвертого.

— Мы никогда не занимаем четвертое июля, как бы нас ни умоляли, какие бы взятки ни предлагали. У нас выходной. Традиция «Брачных обетов». — Лорел вздохнула. — Целый выходной день. Ни шагу на кухню. Кайф.

— Хорошо, потому что я уже разговаривал с Паркер насчет сбора племени.

— А если бы я сказала «нет»?

— Мы бы по тебе скучали.

Лорел сердито прищурилась, но уголки ее губ дрогнули.

— Полагаю, у меня уже есть задание.

— Кажется, упоминали о патриотическом торте. И, может, потом заглянем в клуб послушать музыку, потанцевать.

— Я не за рулем. Если я пеку, то имею право выпить.

— Справедливо. За руль посадим Картера. Мы все поместимся в фургон Эммы.

— Хорошо, — со смехом согласилась Лорел.

Как-то уж слишком хорошо. Надо внимательнее смотреть по сторонам, чтобы не оступиться и не разбить голову.

Для задуманного торта с фейерверком требовалось множество сахарных волокон. Может, глупо лезть из кожи вон ради дружеского пикника в парке, думала Лорел, набрасывая воздушные сахарные пряди на деревянную решетку, зато весело.

Фейерверк будет прекрасно смотреться на красно-бело-синей глазури. Добавить по краю помадные флаги, и получится бесспорный победитель.

Лорел начала лепить фейерверк из сахарных волокон, пластичных благодаря пчелиному воску, и, слепив первый фонтан, отступила оценить результат… и чуть не завизжала, увидев в дверях кухни мужчину.

— Прошу прощения. Молчал, чтобы не мешать вам. Ник Пеласинос с греческой помолвки. Помните?

Лорел заметила у него в руках пестрый букет. Ой-ой, засада.

— Разумеется. Как поживаете?

— Отлично. Ваша подруга сказала, что вы свободны и можно к вам заглянуть, но…

— Еще какая работа. — Ник шагнул вперед. — Забавно.

— Да. Сахарные волокна как игрушки.

— И часть у вас на руках, поэтому я просто положу цветы вон туда.