Вопреки судьбе, или В другой мир за счастьем (СИ)

Денег с каждым днем становилось все меньше, и надолго их с такими тратами не хватит — нужно искать работу. И вряд ли беременную работницу ждут с распростёртыми объятиями. Но я надеялась, что все же удастся что-то подыскать, иначе. Никаких иначе!

Я встала, поправила уже надоевший чепец и, поцеловав Лею в пухлую щечку, решительно вышла из номера. Искать нужный домик пришлось недолго, но прохожих все же поспрашивать пришлось. Шагая по улицам, я с интересом осматривалась. Ноги гулко отстукивали по каменной мостовой а послеобенное солнышко окрашивало город мягким светом.

Нужный домик на соседней улице Белошвеек оказался узким, казалось, он, втиснут между двумя зданиями по недоразумению. Верхний деревянный этаж тоже выделялся среди других какой-то бестолковостью и кривизной, будто строили его, как в песне поется: «Я его слепила из того, что было». Хотя, наверное, так оно и было.

Я постучала по обшарпанной двери и замерла, прислушиваясь. Мимо проехала повозка, которую вез пофыркивающий тяжеловоз. Я отвлеклась, пожалев уже явно старое животное, которое усердно хлестал возница, а когда снова повернулась к двери, чуть от испуга не ухватилась за сердце — прямо передо мной стояла старая угрюмая женщина, из-под чепца которой торчали в разные стороны седые космы.

— Чего нужно? — неприветливо спросила она.

Пришлось откашляться, прежде чем я смогла ответить:

— Света в ваш дом. Меня к вам Лайза отправила. Сказала, что вы сдаете комнату.

— Ааа... — хозяйка с интересом оглядела меня с ног до головы. — Ну да, ну да. Сама, что ли, жилье ищешь, аль с хахалем каким жить собралась?

— Нет, что вы! Я вдова! Вот, — и сунула ей под нос руку с поддельным брачным браслетом.

— С дочкой жить буду.

— Ну да, ну да. Знаю я таких вдовушек. Сначала говорят, браслеты в нос суют, а потом хахалей таскают, а мне в доме чужие мужики не нужны, — продолжала она меня недобро рассматривать.

— Я не собираюсь никого приводить!

— Ну да, ну да. Но хахалей я не потерплю! — брюзжала старуха.

А я начала раздражаться. Ну что заладила: хахали, да хахали?!

Тем временем старуха повернулась и, шаркая ногами, вошла в дом, поманив меня за собой.

— Так, говоришь, Лайза прислала?

— Ну да, ну да. Моя девочка не забывает о своей семье.

Мы вошли в темный узенький коридорчик с двумя дверями и на вид шаткой крутой лесенкой. Пахло затхлостью и помоями.

— Вот тут кухня — будешь готовить на всех. Продукты с тебя, — она открыла дверь в небольшую грязную кухоньку с горой грязной посуды в углу.