Право сильнейшего. Дочь воина. Невеста воина (сборник)

Ар и эйтна молчат, а вот папаша не затыкается:

Я молчу, потому что мне плохо, а еще и потому, что я умудрилась не только выискать объект повышенной иристанской ядовитости, но еще и очередной раз потравиться.

– Это был только поцелуй, – глядя в потолок, пробормотала я. – Бракованный навигатор, просто поцелуй… Правда, с привкусом крови…

Эйтна метнула на меня странный взгляд, папандр застыл, Араван молча скрестил руки на груди и тоже чего-то от меня ждал. Я от себя уже ничего не ждала, разве что гормоны у меня определенно впали в немилость.

– Кто он? – повторил папандр.

Все еще смотрю в потолок, вспоминая синие глаза и поражаясь одному невероятному факту – мужик-то ядовитый! Да не просто ядовитый – а смертельно опасный! Меня эйтна опять с трудом вытащила.

– Киран! – Это снова папандр. – Я требую имя!

– Понятия не имею, – честно ответила я, продолжая разглядывать потолок.

Выбеленные каменные плиты составляли приятный контраст в сравнении с той чернотой из глаз, которой меня эйтна лечила.

– В смысле? – прошипел папашка.

Я таки приподнялась, посмотрела на папандра и честно спросила:

– Отче, а ты именами своих женщин перед этим делом интересуешься?!

Лицо хассара Айгора окаменело, и я так поняла, что нет.

– А я твоя дочь, – напоминаю нам обоим о неприятном, – так что имя данного индивида интересовало меня в последнюю очередь.

Ар рассмеялся. Мы с папашкой на него разом посмотрели, а эйтна захлопала ресницами. Брат умолк, после этого обратился уже к хассару:

– Так, значит, на мою сестру не нападали? Я правильно понимаю?

– Ар, – я приподнялась на постели, – последним, кто на меня напал, был Дьяр. Думаю, ты в курсе, чем это для него закончилось.

Далее непередаваемая гамма эмоций на умопомрачительной мордашке моего зеленоглазого братика. Араван пытался сдержаться. Действительно пытался, но у него сначала дернулась щека, потом уголки губ полезли вверх, а после воин МакЭдл широко улыбнулся.

– Достаточно! – отрезал хассар Айгора, и улыбка мгновенно исчезла.

Брат выпрямился, сохраняя суровое выражение на лице. И не могу понять – Ар не хочет позориться или действительно опасается папандра?

– Еще раз. – Отче обратился ко мне. – На тебя напали?

– Еще раз. – После действий эйтны мне явно полегче, вот и веду себя понаглее. – Мне было бы жаль тех, кто решился бы на меня напасть. А что касается воина… – Чуть покраснев, я добавила уже тише: – Это я на него… напала.

На сей раз слов не было даже у папандра.